— Хорошо, развязывайте ее. — Сказал Кайл.

Когда дело дошло до развязывания, никто особо не хотел рисковать. В итоге мы выбрали Жана, подтолкнув его к Марсианке, мы замерли в ожидании. Она улыбнулась ему, что вряд ли предвещала что-то хорошее.

— Ты обещала не драться. — Сказал Жан.

Решив, хоть как-то отвлечь Марсианку от ее планов мщения, я просто был уверен, что она что-то спланировала, я выпалил.

— Не будь дикаркой, он просто тебя развяжет.

По-моему, я обидел ее. Когда Жан развязал ее правую руку, левую она вырвала.

— Не трогай меня! — Закричала она, когда Жан хотел помочь ей высвободить ноги.

Она нервно развязывала веревки, я чувствовал себя подонком. Развязав ноги, она кинула веревку в нас и ушла, сильно хлопнув дверью.

— Ты обидел ее. — Сказал Кайл.

— По-моему ты ей нравишься. — Сказал Жан. — Иначе она так бы не отреагировала.

— То, что она обиделась, не означает, что я ей нравлюсь. — Сказал я раздраженно.

— Но то, что она слушалась только тебя и обижалась только на твои слова, означает, что нравишься. — Сказал Жан.

— Видели бы вы, как она разукрасила его лицо на бланке. — Сказал Натан, смеясь. — Корявые зубы и бородавки, просто отпад, а не кандидат в президенты!

— Заткнись. — Воскликнул я, улыбаясь.

— Она и тебе нравиться Этан. — Сказал Кайл. — Иначе ты не стал бы так расстраиваться из-за ее руки.

— Плюс, злиться на меня, когда я сказал, что я бы с ней поладил, ты чуть не накинулся меня! — Сказал Жан возмущенно.

— Мы твои друзья Этан, и прекрасно видим то, что не видят другие. — Сказал Натан, потирая челюсть.

Я молчал, вдумываясь в их слова, резон правды был.

— В чем проблема? — Спросил Карл.

— В Робе. — Сказал Шон, войдя в комнату.

Шон опоздал, пропустив встречу с Марсианкой, но, видимо не пропустив наш разговор.

— О.
– проговорил Карл.

— Думаете ей нравиться Роберт? — спросил Натан.

Я так думал, но Шон шокировал всех нас.

— Я думаю, у нее будет косоглазие. — Сказал он.

— Чувак, ты случайно там, в лаборатории ни чем не надышался? — Спросил Жан.

Косо взглянув на Жана, Шон ответил.

— Поверти мне, из-за ее косых взглядов в сторону Этана, она заработает косоглазие.

— Не может быть. — Сказал я.

Шон пожал плечами и таинственно улыбнулся. Марсианка исподтишка смотрит на меня? Не замечал. А замечает ли она мои взгляды?

Увидев Марсианку через несколько дней, я не узнал ее. Ее волосы были подстрижены и едва ли доставали до плеча. Но больше всего меня поразило ее лицо. Пропала веселость и таинственный взгляд, она не смеялась и не проявляла каких-либо эмоций, словно призрак, холодный призрак. Подруги пытались ее развеселить, но наталкивались на лед, они не паниковали и не били тревогу, значит, знали, что происходило с Марсианкой.

Чуть позже, я узнал, что Марсианка больше не девушка Роба. Теперь мне стало понятно, почему Роб ходил таким злым и угрюмым. И, скорее всего из-за этого, он выплескивал весь свой гнев на мне. Если бы не ребята с команды, мы точно, каждый день устраивали бы драки. Они с Марсианкой не общались, я не радовался, видя потерянную Марсианку, мне было больно. Сам подойти не решался.

Дни шли и выпал сильный снег. На Рождество я решил навестить бабулю Сэй, теперь для меня, она была как бабушка.

— Как поживаете? — Спросил я.

— Не видно? — Спросила она.

Я взглянул на нее. Она сидела в кресле в синем шерстяном платье. Морщинистое строгое лицо, слегка румяное, темные глаза светились, словно горящие угольки, волосы собраны в аккуратный пучок, да и в руках трубка.

— Да, не уместный вопрос. — Сказал я. — Вы на много лучше меня выглядите.

— Ах ты паршивец! — воскликнула она. — Решил над старой бабкой поиздеваться?

— А я не вру. — Сказал я. — В вас больше жизни, чем в большинстве молодежи.

Она хмыкнула и прикрыла глаза.

— Бабушка, при первой нашей встрече вы сказали, что знали мою маму. — Сказал я осторожно.

— При первой нашей встрече, ты бессмысленно улыбался и просился на ручки. — Сказала она раздраженно.

— Что-то я не помню. — Сказал я напряженно.

— Вот-вот, а я помню. — Сказала она. — Потом ты стал кидаться мороженным в девочек, что стояли со своими родителями. Одна из девочек подняла жуткий вопль, а две оставшиеся не растерялись, и запустили в тебя свои. Ты тогда уклонился, и мороженное попало в меня и твою маму.