Позже стало известно, что имя корабля начальство изменять не намерено в целях привлекательности и одновременно устрашения посетителей, которые в будущем будут посещать аттракцион.

В обед рабочие прервали молчание.

– У меня одного вопросы насчет этого дьявольского судна?
– начал тот, что только вернулся с палубы корабля.

– Не понимаю, зачем вообще его чинить, если все равно затопят, - подал голос сын начальника смены, который только недавно достиг восемнадцатилетнего возраста.

– Салага, кто ж до судна людей допустит, если оно вот-вот развалится?!
– и в столовой раздался общий хохот, отчего пареньку стало не по себе.

– Я вот что думаю, корабль то все-таки военный. Не осталось ли чего на нем из того, что может рвануть?!

– Прежде чем доставить, его тщательно проверили, так что можете работать спокойно, - сказал бригадир, войдя в столовую.

– Побыстрее бы избавиться от этой штуки.

– Это только корабль. Такой же, как и все остальные.

В зале вновь повисла тишина, только звон ложек и вилок.

Внутренний осмотр все еще шел, но уже можно было начинать составлять план ремонта. Завтра спецрейсом прилетал архитектор того самого подводного парка развлечений, в который после подготовки и отправится судно.

– Давно я не возился с фрегатами, а уж с парусными и того не помню, - сказал бригадир, еще раз остановившись у корабля.

– Что с мачтами, шеф?
– донесся чей-то голос с борта.

– А что с ними? Снимай верха, учить что ли надо?

– Заклинило их.

– Да, добром это точно не кончится, - заметил бригадир вслух.

– Так что?

– Позови ко мне Ефима и Кенджи, как выйдут с обеда, - обратился шеф к своему помощнику, который как раз подошел за новыми указаниями.

Через пять минут оба уже стояли перед бригадиром.

– Значит, так! Надо бы с этой верхотуры снять паруса. Черт, знает в каком состоянии мачты. Что-то там заело, надо бы выяснить. На Кенджи грот-мачта, на Ефиме фок-мачта.

– А с третьей что?
– спросил Ефим.

– Посмотрим, сначала, как вы справитесь с этими двумя. Задание опасное. Страховочные тросы обязательны, - и бригадир пристально посмотрел в глаза Кенджи, - Я понятно выражаюсь, акробат?

– Конечно, босс, - ответил Кенджи.

– Можете приступать.

Молодые люди отправились за страховкой.

– Давай, наперегонки!
– предложил Ефим, как только они взошли на борт.

– Я обставлю тебя в два счета, - ухмыльнулся Кенджи, взглянув на свою мачту.

– Моя короче.

– Не намного. Тебе не выиграть.

– На что спорим?
– не унимался Ефим.

– Сам выбирай.

– На пять социальных талонов.

– Согласен, но ты уже проиграл, - весело задирался Кенджи, пристегивая карабин на страховочном поясе.

– Еще увидим. Готов?

Кенджи кивнул головой.

– На старт! Внимание! Марш!

Гонка по мачтам началась.

Одним прыжком оказавшись на вантах, Кенджи словно паук, вмиг оказался на нижней рее. Посмотрев на Ефима и улыбнувшись, он нарочно медленно продолжил путь наверх. Ефим же прошел к тому моменту только две трети до первого пункта назначения. Видя, что Кенджи сбавил скорость, он понадеялся, что тот выдохся. Ефим прибавил, не смотря на то, что его ноги уже нечетко попадали на канатную опору. Когда он добрался-таки до первой реи, Кенджи уже стоял на второй и с задором махал рукой Ефиму. Но сдаваться ему не хотелось, и, собрав все силы, он полез дальше. К моменту, когда Ефим дополз марса-реи, Кенджи уже распутывал парус на самом верху. Поняв, что он проиграл, незадачливый спорщик решил справиться с заданием и быстрее соперника оказаться внизу. Злость от поражения заставила Ефима забыть о страховочном тросе. Он стал быстрее передвигаться и наконец-то достиг верхнего яруса.

Ефим имел богатый опыт работы с парусным вооружением. Его отец когда-то преподавал в спортивной академии на учебном барке, поэтому еще мальчишкой он научился этому навыку. Только даже то судно было младше века на полтора этого неизвестно откуда взявшегося фрегата.

Кенджи не торопился. Проблема оказалась в частично сгнившей материи. С обеих сторон парус был сорван. Содранные края обмотали место крепления, из-за чего рею невозможно было спустить вниз. Сохранять даже в качестве сувенира непригодную парусину не имело особого смысла. Кенджи вытащил нож и стал кромсать ткань. На высоте около двадцати метров, ветер усилился. Удерживаться на минимальном пространстве становилось опасно даже со страховкой. Он посмотрел в сторону Ефима и не увидел его. Взглядом молодой человек обыскал все уровни и реи фок-мачты. Пусто. На секунду подумав, что тот мог уже спуститься, Кенджи обратил глаза вниз. У основания фок-мачты столпилась толпа рабочих. Происходила какая-то суета, но разобрать с высоты было трудно. Кенджи почувствовал неладное. Он еще раз осмотрел верхнюю рею фок-мачты и увидел Ефима, отчаянно державшегося за древесную балку, раскачивающуюся из стороны в сторону. Страховочный трос был на нем, но вот карабин остался на уровне самой нижней реи. Упади он сейчас, это значило бы, не иметь страховки вовсе. Понятно было и то, что до помощи снизу Ефим не протянет.

Единственным выходом был штаг, соединяющий верха грот-мачты и фок мачты. Но чтобы перебраться по нему, требовалось отцепить карабин. Длина страховки не позволяла зайти дальше половины штага. Пришлось бы спускаться и прикрепляться на уровень ниже, потом лезть снова наверх, а на это уже не хватало времени.

Кенджи отцепил карабин. Как мог, он проверил на прочность трос, в безопасности которого сильно сомневался. И, резко выдохнув, запрыгнул на штаг. Зацепившись руками и ногами Кенджи пополз в сторону Ефима. Задача усложнялась еще и тем, что трос находился под большим углом, поэтому передвигаться пришлось почти вниз головой. Несмотря на то, что он был в перчатках, с каждым движением, трос давил на ладони все сильнее.