"И каким образом?" - всё ещё продолжая недоумевать, спросил Сухов.

58 "Да очень просто, - воскликнул Иван.
– Прежде всего, вы должны сами не забывать про меня - вашего начальника и не давать это делать людям. Руководите так, чтобы люди, получая от вас указания, видели, что эти указания исходят от меня, хотя я и отсутствую в городе, - сделав паузу Иван спросил, - Вы поняли?!"

Сухов задумался, затем молча кивнул, но было видно, что он не совсем понял чего от него хотят. Иван пришёл ему на помощь.

"Ну, включите своё воображение и представьте себя на моём месте. Вам партия поручила руководить целым городом, а фактически за вас это делает ваш заместитель. К кому авторитет в глазах граждан будет утекать?"

" Да, да, конечно", - быстро закивал головой Сухов, и Ивану показалось, что тот начинает постигать всю глубину поднятого вопроса.

"Я прямо сейчас вот о чём вас попрошу, - поспешил закрепить успех Иван, - не забывайте обо мне и не давайте забывать горожанам. Придёт время, я уверен, вы встанете на моё место. Я уйду в Москву, а вас рекомендую на повышение. Без моей рекомендации Москва вас не утвердит. И потому я предлагаю вам сотрудничество и моё покровительство, но только в том случае, если вы правильно меня поймёте и настоящее положение будет исправлено".

Иван замолчал, давая возможность подчинённому осмыслить только что услышанное; подошёл к стенному шкафу, достал бутылку фирменного коньяка, два небольших хрустальных бокала и хрустальное блюдечко с тонко нарезанными сочными кружками лимона.

"Поймите, Виктор Павлович, специфика партийных взаимоотношений не очень-то отличается от специфики взаимоотношений в армии потому, что наша партия - правящая, то есть делающая дело. И дело наше - вести большие массы к счастливой жизни, - слова о счастливой жизни несколько покоробили 59Ивана, но он справился с собой и бодро закончил монолог.
– Усвойте это и тогда ваши карьерные дела пойдут успешно. Старайтесь не лезть поперёк батьки в пекло. Под "пеклом" я здесь подразумеваю вышестоящие партийные структуры".

Иван разлил коньяк по бокалам.

"Ну, подумайте, если что не ясно - спрашивайте. Доверительные отношения в нашем деле - тоже не маловажная вещь",- сказал он перед тем, как выпить коньяк.

– ------------------------------

Позже, в один из своих приездов в Ленинград, Иван рассказал Каретникову о Сухове и их разговоре. Подумав, тот спросил:

"А почему бы тебе не попытаться привлечь Сухова к нашему делу?"

Иван ответил не задумываясь:

"Этот человек, живя и работая в нашей системе, не страдает от её гнусностей и глупостей. Он ощущает себя в ней, как рыба в воде. Он не умён, он хитёр; да, хитёр больше, чем умён. А ты знаешь: глупый друг - опаснее врага".

Каретников остался удовлетворён ответом.

"С Суховым всё ясно, Олег Павлович. Мне вот не удалось присутствовать на последнем собрании. А на нём, я знаю, Наташа закончила свой доклад по дуализму Ушинского. Расскажи мне", - попросил Иван.

"Рассказать? Попробую", - Каретников извлёк из портфеля свой конспект и открыл его на разделе "гносеология". Иван заметил это и спросил:

"Почему гносеология? Ведь дуализм категория онтологическая".

"Э, подожди, Иван, тут на прошлом собрании присутствовал её отец Агафонов-старший. И когда Наталья Климовна прочла из Ушинского следующее, - Каретников открыл нужную страницу конспекта и прочёл:

60 "Если при анализе фактов я, - то есть Ушинский, пояснил Каретников, - наталкиваюсь на противоречия, которых нельзя объяснить, то стараюсь сам указать на них читателю. Я считаю это лучшим, чем прикрывать их какой-нибудь туманною гипотезою и выдавать эту гипотезу за глубокомысленный вывод. Неужели игра в гипотезы (эта игра в философские жмурки) не надоела, наконец, человеку? Не гораздо ли лучше сказать себе просто "не знаю", чем обманывать и себя и других".
– Каретников прочёл это, помолчал, давая возможность Ивану осмыслить услышанное, и сказал:

"Как только дочь прекратила чтение, поднимается отец - Агафонов Клим и заявляет. Я сейчас попробую его процитировать по памяти. Каретников наклонил голову, сморщил лоб, одновременно зажав виски пальцами правой руки: "Очень важный момент в нашей гносеологии. Мы должны выработать механизм честного заполнения непознанного. Ушинский предлагает говорить "не знаю", а вот, например, православные непознанное заполняют богом. А это же не честно. У них там - в их учении - масса противоречий, а они всё равно заявляют: "Так было, так верно, это истина"".

"И знаешь, что он предложил?
– Каретников заговорчески взглянул на Ивана. Тот, молча, ждал продолжения.
– Он предложил различать нас от религиозно верующих людей тем, что на вопрос "Есть ли бог?" нам отвечать: "Не знаю". Смотри: религиозно верующие люди на этот вопрос однозначно отвечают: "Бог есть!"; атеисты также однозначно говорят противоположное "Бога нет", а мы будем отвечать "Не знаю". Кто из этой троицы самый честный?
– Олег Павлович совсем развеселился, ещё раз переживая это нехитрое гносеологическое открытие.
– Мы самые честные!"