Вот. Вот оно… Излучина громадной реки, изогнувшаяся так круто, что почти свернулась в кольцо. А в центре этого разорванного кольца возвышаются горы, как развалины титанического замка, окруженного рвом с водой, такие древние, что уже почти скрылись в недрах земли, заросли лесом… И россыпь жалких поселений пигмеев, еще сохранившихся вокруг развалин замка. Одно побольше, на самой излучине, а два других по обе стороны моста, ведущего в замок, возле разрыва водного кольца…

Мои невидящие глаза видят в развалинах замка сохранилась какаято жизнь. Нет, нет не так… в подвалах замка еще копошатся тени мертвых… Да. Теперь явно видно мертвецы чтото затевают, нимало не смущаясь живых.

Я всматриваюсь до рези в затылке. В призрачных катакомбах у какойто непонятной циклопической установки копошатся маленькие зеленые человечки. Да и не такие уж маленькие, чуть поменьше ангелов ростом. Темные глаза без белков на зеленом лице, узкий безгубый рот. Гибкие длинные пальцы колдуют над пультами… Только крыльев нет, и не было никогда. Да, еще чтото… А, и души нет, хотя когдато, возможно, она и была.

Я вижу. Я уже почти понял, в чем смысл их уверенных движений. Они делают свою работу, они полагают ее нужной и важной, а все остальное лабуда. Главное делать свою работу, делать хорошо, разве нет?

Все. Я понял. Мои волосы встают дыбом, и это странно ведь я сплю. Люди, мирно спящие в своих домах, в городах вокруг древних развалин титанического замка, еще не знают, что в подвале этого замка живые мертвецы будят саму Смерть…

Я выныриваю из водоворота сна, разрывая его путы.

"Папа Уэф! Уэф!! Уэф!!! Да проснись, наконец, ты, Смотрящий из поднебесья!!!"

"Роман, что такое?"

"Папа Уэф, в самом сердце Жигулевских гор… Там телепорт, и они его запускают!"

Потолок ярко вспыхивает голубоватобелым светом. Пронзительно визжит сирена.

Топот множества ног совсем не слышен. Еще бы легкие босые ноги по мягкому пушистому ковру. Но когда мы с Ирочкой выскакиваем в прихожую, место общего тревожного сбора, все уже стоят одетые в доспехи, и даже прозрачные пузыри шлемов поблескивают на головах. Только сейчас замечаю: на ногах и руках у них перчатки, и вдоль верхней кромки крыльев поблескивает сталью узкая полоска очевидно, на случай близкой встречи с какимнибудь "Иваном", имеющим крепкие металлокерамические кости…

"Внимание всем" Уэф даже не помышляет перейти на звук, сирена все еще визжит "В Жигулевских горах "зеленые" готовят к работе законсервированный телепорт. Если они сразу отправят груз… то есть резидента… Там города, и в одной только Самаре два миллиона!"

"Где именно?" это Чук. Уэф молча показывает на меня. Я в растерянности я же никогда не был в Жигулевских горах… Да читай же ты, ну!

Словно тяжелая громадная капля ртути прокатывается по моим мозгам. Давай, начальник, давай!

"Ясно. Вы за мной. Ты это Геку ведешь вторую группу, коконом, и весь остальной груз. Подробности на месте. Кио, Юайя меня с группой телепортировать куда покажу, время дорого. Уэф?"

"Я на контроле. Если будем нужны, скажешь. Действуйте, ребята"

–  …Ну что, Рома. Вот это и произошло. Я рада. Ты не представляешь, как я рада…

Ирочка смотрит на меня снизу вверх, робко, как маленькая девочка на большого дядю, сильного и непонятного. Конечно, дядя добрый, но…

–  Я не понял. Нет, подожди… Ты что, боишься меня?!

–  Да нет, Рома, я…

–  Да да, родная моя. И вот что я тебе скажу, раз ты не хочешь видеть сама сильнее ты меня обидеть не могла. Правда.

Я опускаюсь перед ней на колени. Прижимаюсь лицом, крепко обняв. Она стоит смирно. Да что же это такое?!

–  Послушай меня. Всмотрись в мои мысли. В мою душу. Если ты сейчас… Я же люблю тебя. Я всегда любил тебя, и всегда буду любить. Ну как ты не видишь!

В ее глазах уже пляшут знакомые огоньки, и ее ладошки обнимают меня за щеки. Я с огромным облегчением перевожу дух.

–  Прости меня, Рома. Это просто…ну…помрачение рассудка, не иначе. Не каждый день видишь перед собой Великого Спящего.

–  Ну и шуточки у тебя, родная. Так и Ивана напугать можно!

Она еще секундудругую пытается сдержаться, но смех уже рвется наружу, мелко сотрясая ее тело. Все! Словно рухнула плотина, и мы хохочем, как сумасшедшие…

Мерцают, вспыхивают разноцветные значки на панелях аппаратов и прямо в воздухе. Мерцают объемные экраны. Лица Уэфа и всех остальных членов команды сосредоточены, в глазах играют отблески, и мне кажется, что это отблески пожара, охватившего ту древнюю неприступную башню, где засели враги. Враги, которых надо не просто победить уничтожить до голой земли, чтобы не осталось потомства, праха и имени.

Идет бой.

Я не успеваю улавливать все, только отдельные мыслеобразы, перемешанные с мысленными и звуковыми командами, сообщениями и ответами, плюс изображения с экранов. Вот такой винегрет.

Случись я тут еще позавчера папа Уэф выпер бы меня мгновенно, туристам на посту контроля делать нечего. Но сегодня он терпит мое присутствие, и я понимаю он надеется, что я и наяву койчего стою. Запас карман не тянет, пусть постоит хлопчик в резерве.

В искусственных тоннелях и природных пещерах, коих немало под известняковыми толщами Жигулей, еще продолжают оказывать тупое, бессмысленное сопротивление боевые роботы и автоматические системы охраны. Еще прыгают мячики шаровых молний, с шипением извиваются шнуры плазменных разрядов, ослепительными огненными струнами хлещут лазеры, обвально грохают взрывы. Но это уже агония. Рой невидимых "болтов" уже достиг толстой вольфрамовой плиты, перекрывающей вход в главный зал. От плиты отлетают конические осколки, и в образовавшиеся отверстия уже юрко проскальзывают вездесущие "болты". Вольфрамовая плита отходит в сторону. Вот и они. Хозяева.