Шрифт:
А у мужа ее был попугай, красноречивый и искусный в словах и речах. Что бы ни произошло в доме, доброе или дурное, прибыль ли получалась или убыток, он все сообщал хозяину, рассказывал ему обо всех событиях и делах.
Однажды вечером кто-то из друзей мужа устроил пиршество и пригласил его, как это подобает делать добрым друзьям и искренним братьям. Муж испросил у жены разрешение и, выходя из дома, подошел к клетке попугая и заговорил с ним:
— О бдительный страж и рассудительный хранитель! Сегодня ночью постарайся не спать и наблюдать. До утра натирай глаза свои *сурьмой бодрствования, присматривайся ко всему проницательным взглядом и внимательным рассудком. Что бы ни случилось, — благородное или низкое, благочестивое или развратное, доброе или злое, — ты все должен запомнить. Когда же утренняя заря высунет голову из своего воротника и я вернусь домой, то целиком положусь на все сказанное тобой и буду вести счет событиям согласно твоим речам, которые чисты от корысти, не запятнаны грязной скверной.
Попугай выразил свою радость и промолвил:
То, что ты делаешь, вполне согласно с нашими мечтами, Ты радость дал моей душе твоими, господин, словами!Как только муж ступил за порог, жена написала записку своему возлюбленному, описала муки разлуки чернилами страсти и отправила ее к любовнику с доверенным лицом.
*Мое измученное сердце страсть безнадежная сожгла, И горячей огня геенны его остывшая зола!Любовник, постигнув смысл букв, понял, что преграды в эту ночь устранены, что счастье будет достигнуто, и подумал: «Если бы не этот благоприятный случай, пребывать бы мне в тоске». И он без промедления отправился шагом вожделения на свидание с любовницей.
Ту ночь они провели в веселии и радости на ложе удовольствий; от самых сумерек до наступления утра они вкушали чашу наслаждений. А попугай всю ночь сквозь прутья клетки подсматривал за их поведением, запечатлевая его на страницах своего сердца, и говорил:
Осел пускает ветры, — в огне горит железо!Когда подул утренний ветерок и негр ночи помазал лицо белилами, когда лучи солнца погасили свет *3ухры, когда золотой светильник солнца потушил серебристое сияние луны, когда разорвалось *ожерелье Плеяд и стало наступать настоящее утро, глашатай утра возвестил:
Когда бы утро сну не ставило препон, То в мире всех людей легко сразил бы сон. Ведь утро — это царь, а звезды — люди царства, Они издалека несут ему поклон.Любовники проснулись от хмельного сна и пришли в себя. Они простились, и он сказал на прощание:
— Ночь свидания была мгновенна, как молния, как бесследно исчезающая вспышка фосфора. Когда же мы встретимся снова?
Едва любовник вышел из дома, вошел хозяин и приветствовал свою супругу. Жена отвечала ему, кокетничая и жеманничая:
Ах, как страдаю в муках я, но жизнь я не кляну: Высокие особы дань отдали вину.— Я ни на миг не сомкнула глаз ночью, переживая разлуку и одиночество, страдая от того, что ты далеко от меня. Ни на минуту не могла я успокоиться, страшась и беспокоясь за тебя. Я молилась Аллаху на случай, если вспыхнет ссора или возникнет внезапно какая-нибудь опасность, а ты почему-либо не сможешь встретить ее десницей предосторожности и сообразительности. Давай, уединимся на часок и освободим сердца от беспокойства прошедшего.
Муж поблагодарил многократно жену и подумал: «Слава Аллаху, жена всей душой верна мне, она — преданный друг мой».
Они пробыли некоторое время наедине и отдохнули. Потом муж вышел из комнаты и спросил попугая:
Что ты увидел из того, на что смотреть тебе велел я?— Вчера ночью эта комната была местом свидания любовников, — отвечал попугай, — не успел ты выйти, как вошел юноша со станом, подобным кипарису в саду, и лицом, как месяц на небе. Ему завидует кипарис на берегу ручья, пред ним стыдится *кумир Кандагара. Его кудри источали мускус, солнце хваталось за полу его красоты, отражение его прелестей так озаряло комнату, что светильник тускнел, стыдясь за себя. Розы его щек превратились в цветник, скамью и палисадник. При виде его душа восклицала: