– Надо же, - удивился Метелкин, - а мне сегодня снилось, что мама моя пела мне колыбельную по-немецки и я понимал её.

– А как твоя фамилия?
– спросил фон Безен.

– Фамилия простая - Метелкин, - ответил лейтенант.

– Метелкин?
– переспросил фон Безен.
– Так мы получается с тобой однофамильцы. Besen это метла, веник, помело. И Метелкин это тоже Besen.

– Исай Иванович, я патроны принес, - сказал Бовин.
– Вы там держитесь, а я пополз назад.

Но далеко уползти Бовину не удалось. Одна из шальных пуль, прилетевшая неизвестно с какой стороны, убила его на полпути к советским окопам.

Внезапно всеобщее внимание привлек монах Савандорж, который появился как бы ниоткуда. Он нес руках медный котелок и стукал по нему металлической палочкой, отчего котелок издавал неприятный дребезжащий звук.

Откуда-то поднялся ветер, который понес вдоль воюющих сторон мусор и клочки сена, а на небе появились черные тучи и ударила молния. Затем молнии стали ударять в пустые дома деревушки, поджигая их как свечки, а ветер раздувал пожарища, освещая всех багровыми всполохами в наступившей темноте.

Ветер стих так же внезапно, как и начался. Тучи разошлись и на небе появилось яркое солнце, которое весело светило, вызывая жаворонков покувыркаться в вышине и огласить округу задорными трелями.

Солдаты лежали в своих окопчиках и не было никакой стрельбы. На какое-то время наступил мир. Санитары подбирали убитых, подъехали полевые кухни и стали раздавать обед.

– Эй, немчура, - кричали советские солдаты, - идите к нам, у нас есть гороховый суп. От такого в землянке здоровый дух, - и весело гоготали.

– Данке, камрады, - кричали немцы, - нам больше нравится суп из бычьих хвостов. От него люди становятся здоровее и злее на работу.

Но один человек не радовался это тишине. Это был капитан из особого отдела.

– Куда подевались эти чудики?
– думал капитан.
– И куда делся монах с медным котелком?

Исчезновение Метелкина и Вальтера

Исчезновение Метелкина и фон Безена с поля боя всполошило обе стороны. И не с кого было спросить - оба полковника из НКВД и СМЕРШ погибли. Вечная память героям. Но остался жив капитан из Особого отдела, которого и доставили перед светлые очи генерального комиссара госбезопасности Лаврентия Берии и начальника главного управления СМЕРШ генерал-полковника Абакумова.

– И как ты это допустил?
– кричал Берия на капитана и топал мягкими кавказскими сапогами.
– Да я тебя в лагерную пыль сотру.

– Я не виноват, - плакал капитан, прекрасно понимая, что его бывшие сослуживцы будут выламывать ему руки и бить чем попало по голове, чтобы выбить признание в том, в чем сознался бы даже Господь Бог, если бы попал в руки палачей из НКВД.
– Мне полковник приказал спрятаться в кустах и прикрывать их. А тут откуда ни возьмись монгол в халате появился и начал в котелок медный палкой железной стучать. И так стучал, что на небе все потемнело, а в голове мысли стали путаться. А потом все исчезли. Да я бы всех их арестовал, да только они неизвестно куда пропали.

– Что, нравится арестовывать?
– спросил Берия.
– Арестовальщиков много, а защитников родины мало. Пойдешь взводом командовать в пехоте, а там посмотрим, - и он махнул рукой.

Капитан выскочил из кабинета, считая, что еще легко отделался. А от пехоты он ускользнет по причине слабости желудка перед боями.

– Что скажешь, Виктор Семенович?
– спросил Берия, прохаживаясь широкими и нервными шагами по своему кабинету.
– Чего Хозяину говорить будем? С тебя первый спрос будет.

– Да нет, Лаврентий Павлович, с тебя первый спрос будет, - рассмеялся Абакумов, - ты же у нас генеральный комиссар по безопасности. Так что давай, расскажи, что твои ребята нарыли на родине погибших в том бою героев.

– Ты и это знаешь?
– хитро прищурился Берия.

– Земля слухами полнится, - сказал Абакумов, - Поскребышев (секретарь Сталина) звонил мне, говорил, чтобы к двенадцати был в приемной.

– Мне тоже звонил, - сказал Берия, - сейчас чайку попьем и пойдем. А ты хитрый, Виктор Семенович, армян в твоей родне не было?

– Армян в родне не было, - улыбнулся Абакумов, - это как сейчас говорят? Самый хитрый из армян Микоян и Баграмян.

И оба руководителя самых сильных спецслужб рассмеялись. Пока они были на коне и могли смеяться над всеми, но каждый знал, что наступит момент, когда они сцепятся в смертельной схватке.

В приемной они почти не ждали. Поскребышев сразу пригласил их в кабинет Сталина.

Хозяин стоял в хорошем настроении и после сытного завтрака, состоявшегося только что за пятнадцать минут до полудня, закуривал трубку. Как хорошо перекурить перед началом рабочего дня и на сытый желудок.