– Бьёрн уснул, и ему, кажется, лучше, – прерывисто дыша, проговорила она. – Он хочет помочь нам и готов попробовать гипноз.

– Начнем через час, – сказал Эрик, сделав глоток кофе.

– Как по-вашему, гипноз в его случае сработает?

Они пошли по направлению к палате.

– Гипноз – это просто способ заставить его мозг расслабиться и начать сортировать воспоминания наименее хаотичным образом.

– Прокурор вряд ли примет такие свидетельские показания.

– Разумеется, – улыбнулся Эрик. – Но это поможет Бьёрну давать показания в дальнейшем… Что, безусловно, пойдет на пользу расследованию.

Когда они вошли в палату, Бьёрн стоял за креслом, вцепившись в спинку. Глаза тусклые, словно из выцветшей пластмассы.

– Я видел гипноз только по телевизору, – произнес он надтреснутым голосом. – В смысле, я не знаю, верю ли я в гипноз…

– Скажите себе, что гипноз – это просто способ улучшить самочувствие.

– Но пусть она выйдет. – Бьёрн кивком указал на Марго.

– Конечно.

– Уговорите ее?

Марго осталась сидеть на диване; она и бровью не повела.

– Вам придется выйти и подождать, – тихо сказал Эрик.

– У меня лобковое сочленение болит, мне нужно посидеть.

– Вы знаете, где кафетерий.

Марго вздохнула, достала телефон и пошла к двери; на пороге она обернулась к Эрику.

– Можно вас на минутку? – дружелюбно попросила она, и Эрик вышел в коридор следом за ней.

– Мы не можем позволить себе потакать его капризам, каждая минута на вес золота, – прошептала Марго.

– Я вас понимаю, но я врач, и помочь ему – моя работа.

– У меня тоже работа. – Голос Марго сделался тонким от злости. – И на кону стоит шанс остановить убийцу, это серьезно. Бьёрн видел что-то, что…

– Допроса не будет, – перебил Эрик, – мы с вами это обсуждали.

Он наблюдал, как комиссар борется с нетерпением; наконец Марго кивнула в знак того, что понимает и принимает его слова.

– Надеюсь, гипноз ему не повредит, – сказала она, – вы же знаете… малейшая деталь может оказаться для расследования решающей.

Эрик закрыл за собой дверь, установил штатив и закрепил камеру. Бьёрн, наблюдая за ним, крепко потер лоб.

– Обязательно снимать на камеру? – спросил он.

– Только для архива, – ответил Эрик. – Я предпочитаю ничего не писать во время процедуры.

– Ладно. – Бьёрн как будто не слушал ответа.

– Для начала можете лечь на диван. – Эрик подошел к окну и задернул занавески.

Комнату окутал приятный полумрак; Бьёрн улегся, сполз на несколько сантиметров и закрыл глаза. Эрик сел на стул, придвинулся ближе к Бьёрну, увидел, насколько тот напряжен, как подергивается тело под воздействием разных импульсов, понял, что в голове у него сейчас творится хаос.

– Дышите медленно, через нос, – начал Эрик. – Расслабьте рот, подбородок и щеки… почувствуйте, как затылок всей своей тяжестью давит на подушку, как расслабляется шея… не нужно напрягать шею, голова покоится на подушке… Мускулы челюстей делаются мягкими, лоб разглаживается, веки тяжелеют…

Эрик не спеша прошелся вниманием по всему его телу, от макушки до пальцев ног, а потом снова вверх, до самых усталых век и отяжелевшей головы.

С усыпляющей монотонностью Эрик соскальзывал в индукцию, в его речи звучали нисходящие интонации, а сам он пытался сосредоточиться и обрести спокойствие перед погружением Бьёрна в транс.

Тело Бьёрна расслабилось почти до степени каталепсии. Иногда из-за психической травмы восприимчивость к гипнозу возрастает, словно мозг жаждет новой команды, ищет пути выхода из непереносимого состояния.

– Вы слушаете только мой голос… если вы услышите что-то кроме, то расслабитесь еще больше, еще лучше сосредоточитесь на моих словах… Сейчас я начну обратный отсчет, и с каждой цифрой вы будете расслабляться глубже.

Эрик подумал о том, что ожидает их обоих, что увидел Бьёрн, переступив порог дома: они вернутся в тот момент, когда шок обрушился на Бьёрна всей силой, – этот момент даст ключ к разгадке.

– Девятьсот двенадцать, – спокойно считал Эрик, – девятьсот одиннадцать…

Низким, убаюкивающим голосом Эрик на каждом выдохе произносил цифры в обратном порядке, медленно и монотонно. Спустя какое-то время он нарушил логику цифр, но сохранил обратный порядок отсчета. Сейчас Бьёрн уже на хорошей глубине. Резкие складки на лбу разгладились, рот обмяк. Эрик считал, погружаясь в гипнотический резонанс, с тревогой предвкушая слова Бьёрна.

– Теперь вы глубоко расслабились… вам спокойно, приятно… – медленно говорил Эрик. – Скоро к вам вернутся воспоминания о вечере пятницы… Когда я досчитаю до нуля, вы будете стоять перед домом, но вы совершенно спокойны, потому что вы в безопасности… Четыре, три, два, один… Вы стоите на улице перед своим домом, такси отъезжает, под колесами поскрипывает гравий…