— Хорошо.

В кармане вибрирует телефон.

Так: Ты в порядке?

Я: Да, только что подъехали к дому.

Так: Парни хотят пойти потусоваться у тренера дома.

Я: Иди. Я устала и собираюсь отдохнуть.

Так: Хорошо. Мечтай обо мне.

Я: Последние несколько месяцев я только этим и занимаюсь.

Так: Сладким снов, Блу.

Джо делает нам сэндвичи. Я быстро съедаю свой, а потом глотаю таблетки.

— Ты самая лучшая, Джо.

— Тащи свою задницу в кровать и дай уже этому великолепному телу излечиться.

— Спасибо. — Я крепко обнимаю ее. — За все.

Она шлепает меня по заднему месту, а я в ответ смеюсь.

— Иди в кровать.

— Будет исполнено, мамочка Джо.

Без парней в доме очень тихо, отчего скрип двери в комнату Така кажется оглушающим. В комнате пахнет Таком. Я вдыхаю его запах, наполняя им каждую клеточку своего тела. А потом снимаю штаны и футболку и опускаюсь на его простыни.

Перед тем как отключиться, решаю отправить еще одно сообщение. Только в этот раз фотографию, чтобы Так знал, что я уже в кровати. Не знаю от усталости или от таблеток, но я засыпаю еще до того, как он отвечает… если ответил вообще.

ГЛАВА 22

Я открываю глаза, но в комнате еще темно. Нащупываю в простынях телефон и заставляю себя проснуться. Черт возьми, семь часов вечера. Я проспала больше пяти часов. На мобильном мигает сообщение.

Так: Черт.

Я хихикаю. Мне понадобилось несколько минут, чтобы выбраться из кровати. Я потягиваюсь и слегка разминаю шею. В гостиной раздаются громкие крики, а это значит, что парни вернулись. С помощью фонарика на телефоне, я нахожу одежду и одеваюсь.

Как только открываю дверь, мне в нос ударяет аромат томатного соуса и в животе начинает бурчать. Я направляюсь в ванную и освежаюсь. Слава богу, что мне пришло в голову посмотреться в зеркало. Волосы прилипли к лицу, которое бороздят морщины от простыней. Судя по всему, я ни разу не пошевелилась во время сна.

В коридоре темно, но меня ведет вперед свет, льющийся из кухни.

— Привет, — говорю я, увидев прибирающуюся Джо. Я провожу рукой по кухонному столу из темного дерева.

— Ты встала.

— Да, я была в отключке.

— Как себя чувствуешь?

— Хорошо. Очень хорошо.

— Хочешь есть? — С этими словами Джо вручает мне тарелку с пастой, зеленым салатом и хлебными палочками.

— Ты знаешь, как порадовать девушку. — Я хватаю вилку и быстро ем. — Пора поздороваться с парнями.

— Будь осторожна. Кажется, они устроили там соревнования по борьбе.

— Могу себе представить. — Я беру стакан с холодным молоком, который стоит передо мной, и выпиваю его до дна.

Завернув за угол, обнаруживаю, что Джо была права. Такое ощущение, что в бедной гостиной разверзнулся ад: везде переплетенные тела и мелькающие локти. Ругер спрыгивает с дивана и приземляется на спину Така, а потом пытается зажать ему шею. Мэйби визжит и хлопает в ладоши, сидя на коленях у отца. Остин потягивает пиво и, кажется, больше интересуется телевизором, чем борьбой.

Мое внимание привлекает торжествующий вопль Ругера. Я поворачиваюсь и вижу, что футболка Така натянута на голову, как это делают в хоккее. Я вскрикиваю, но мой возглас тонет в общем гуле. Вся спина Така покрыта шрамами. И не просто шрамами — его кожа очень сильно повреждена.

Я прикрываю рот, пытаюсь сдержать слезы. Джо подходит и кладет руку мне на поясницу.

— Думаю, тебе не стоит беспокоиться, что он убежит. Это он боится, что ты исчезнешь, как только увидишь всего его.

У меня кружится голова и начинает тошнить. Все эти месяцы, я считала, что недостаточно хороша для него, что он придурок и плейбой. Мне на ум приходило много теорий, почему он такой сдержанный и недоступный.

— Блу, смотри, что я сейчас сделаю.

Ругер подходит и пинает Така под зад. Услышав слова племянника, Так напрягается и, медленно встав с колен, опускает футболку.

— Игры закончились, дружок. Мне нужно позвонить. — С этими словами он, не глядя на меня, выходит на улицу.

— Так. — Я едва слышу свой голос.

Я бегу за ним. Ноги реагируют на происходящее быстрее, чем мозг.

— Так! — кричу я.

Он стоит, прислонившись к столику для пикников. Лунный свет освещает его сгорбившийся силуэт. Я подхожу и беру его за руки и, поцеловав каждую костяшку пальцев, отпускаю их. А потом смело хватаюсь за футболку и стягиваю ее. Он с безжизненным видом, позволяет мне это сделать. Спереди его кожа в таком же состоянии, как на спине — каждый ее сантиметр покрывают ожоги. Так опускается на колени.