Начало светать. Даша наверняка отправилась на рынок за свежим хлебом и другими продуктами. Я пошел на кухню, наскреб несколько старых корок и отправился в свой кабинет. Войдя, я посмотрел на стол и увидел развернутый свиток Никандра с каталогами и описанием ядовитых тварей, тарелку с остатками вчерашнего ужина – цыпленка в соусе, а рядом пустой кубок из-под вина. Должно быть, именно это стало причиной моих ночных кошмаров, и у меня не было ни малейшего желания переживать их снова, даже днем.

Вместо этого я решил погрузиться в воспоминания Плавта. По его словам, собственная жизнь Плавта была еще более абсурдной, чем его пьесы. Хотя я не нашел ничего увлекательного – только иностранные короли и наложницы, диспепсия и опьянение.

Даша неторопливо вошла в мой кабинет, вернув меня на землю. «К вам посетитель, домине, – сообщила она своим хриплым голосом. – И он при деньгах».

Утро уже не было таким ранним. Из окон доносились звуки окончательно проснувшегося города. Пока я был погружен в чтение, Даша, по всей видимости, вернулась с покупками и занялась повседневными хлопотами. Многие люди ставят у дверей высокого крепкого раба, который отпугивает возможных посетителей и не позволяет непривлекательным социальным элементам войти без приглашения. У меня же была Даша. Она устраивала меня по трем причинам: во-первых, у меня не было средств содержать хорошего работника; во-вторых, даже самые стойкие смельчаки теряют дар речи и отходят в сторону перед пристальным взглядом Дашиного косящего глаза; а в-третьих, в моем деле образ старой карги – даже ее фальшивый образ – может создать правильное впечатление.

«Приведи его в мой кабинет, а затем помоги мне надеть тогу», – ответил я.

Одевшись подобающим образом и вернувшись в кабинет, я увидел молодого человека, который был явно чем-то обеспокоен. Он опасливо поглядывал через плечо, в то время как Даша изучала его со слегка ошалевшим выражением лица.

«Даша, принеси нам вина и холодной воды», – велел я ей, чтобы мы могли остаться с гостем наедине. Обойдя стол, я расположился на своем стуле, указывая гостю на стул, стоящий по другую сторону стола.

«Мой доминус хотел бы нанять вас, – начал он, едва коснувшись стула. – Дело личное и срочное, и мой господин готов платить за ваше время. Если вы согласны идти со мной, я вас отведу к нему сию минуту».

Я внимательно изучил его. На нем была простая туника из добротной ткани с круговой вышивкой, изображающей рыбу и амфору слева на груди. У него был здоровый вид и мягкие руки – возможно, писарь или секретарь с регалиями своего господина.

«Так что же нужно от меня одному из наших высокочтимых ронов?» Он не проявил удивления – это говорило о том, что я прав.

«Мне всего лишь было велено привести вас, Феликс Фокс. Доминус не велел мне обсуждать детали, однако, уверяю вас, дело очень важное. Мой господин заплатит щедро».

И я решил, что он действительно может себе это позволить будучи одним из пятнадцати ронов, избранных в этом году для управления Эгретией.

Тут в дверях появилась Даша, неся поднос с серебряным кувшином вина и кувшином холодной воды. Она поставила поднос на стол, и я предложил напитки посетителю.

«Если можно, добавьте побольше воды», – попросил он покорно.

«Перед тем как я смогу принять приглашение вашего господина, нам следует обсудить некоторые детали. Если позволите, начнем с вашего имени и имени вашего господина».

«Меня зовут Тифей, а служу я у Его Высокопревосходительства Маркуса Квинктиуса Корпио, Рона Писциума».

«Так что же Рыбному Рону понадобилось от меня? Я уверен, что у него есть доступ ко всем ресурсам Коллегии Меркаторум да и связи в других коллегиях».

«Как я уже объяснил, вы все узнаете из уст моего господина».

«Тогда что вы можете сказать для удовлетворения моего интереса и в подтверждение того, что я не буду попусту тратить свое время?» Не то чтобы у меня были лучшие планы на сегодня, но я чувствовал, что на этом деле можно заработать хорошие деньги.

«Это действительно чрезвычайно важное дело для моего доминуса. Оно носит личный характер и не касается его должности Рона рыбного хозяйства. Оно также не терпит отлагательств». Гость смотрел тревожно и стал выглядеть так, будто не выспался прошлой ночью. «Прошу вас, не откажите», – взмолился он.

«Хорошо, я пойду с вами, если вас устроят мои условия». Я удвоил свою стандартную ставку и добавил: «Плюс расходы». Он согласился, ни секунды не раздумывая.

«В таком случае пойдемте», – сказал я, до-пивая свое вино и сожалея о том, что не утроил ставку.

Мы свернули на узенький переулок, ведущий от моего дома вниз к Дороге дурных ароматов, от моего дома вниз к Дороге дурных ароматов, или, как ее чаще называли, Улице сыроваров. Видите ли, мой дом находится в районе Меридионали, в южной части предгорья Вергу, образующего Залив Эгретии. Несмотря на то что этот район был менее фешенебельным, чем Септентрионали – северная часть предгорья – или нелепо богатые склоны самой Вергу, он все же находился достаточно высоко над доками и рыбными рынками на берегу залива, чтобы считаться пристойным.