Что если, забрать драгоценности и деньги у убитого вампира? Ему-то они не пригодятся. И потому как гадов было слишком много, и все они отнюдь не бедствовали, проблем с деньгами у меня не было. Братство, правда, сетовало на то, что я отказалась вести образ жизни, который они рекомендуют для своих сотрудников. Но очень скоро поняли, что в этом споре я не уступлю.

Я нашла в Универмаге детский отдел, и выбрала несколько брюк, блуз, одну юбку (вдруг малышке понравится), а также свитер. Может быть прохладно, а нам, скорее всего, придется переезжать ночью.

Уже возле дома я зашла в маркет и накупила продуктов. К нормальной еде я набрала пару шоколадок, пакет конфет и контейнер мороженого. Сказывалось недоедание сладкого в детстве. Уже сейчас мне хочется накормить малышку сладостями. Побаловать ее.

От этой мысли внутри грудной клетки разлилось какое-то непонятное тепло, доселе неизвестные чувства овладевали мной.

Я спешила в снятую квартиру с пакетами. Уже недалеко от подъезда дорогу мне преградил высокий парень. Я хотела обойти его, но он сделал шаг в сторону со мной и снова стал на пути.

– Дайте пройти…

И тут я подняла глаза на него.

 Не то чтобы когда-то обнаружила в себе слабость к определённому типу мужчинам. Я никогда даже не задумывалась о парнях, у меня не было симпатии ни к кому.

Но этот высокий удивительный блондин просто поразил меня. Стоя на каблуках, все равно приходилось запрокидывать голову, что бы посмотреть ему в глаза. Я честно пыталась оторваться от его глаз. Но борьба была явно проиграна. Я не знала что делать. Эти карие, почти черные глаза гипнотизировали. И будто подавляли во мне волю. В любой другой ситуации я просто развернулась бы и ушла, или если парень снова стал бы на пути, врезала ему. А сейчас рассматривая его, чуть ли не мечтала о том, что бы он улыбнулся. Хотелось увидеть, как этот красивый рот растягивается в улыбке. Через несколько секунд он все-таки не выдержал и широко улыбнулся. Сразу после восхищения его ямочками на щеках, пришла мысль, что этот гаденыш смеется надо мной.

 И не зря. Он явно знал, какое впечатление производит на женщин. Вот и забавляется от моего слепого помешательства.

– Пошел вон с дороги, – «Да, я приветливая милашка»

Я нахмурила брови, как всегда делала, когда начинала злиться.

– Эй, ты чего сестренка?

От этого его сестренка у меня сердце разболелось.

О нет. За мной могли послать кого-нибудь. Или следили. Они узнают про девочку. Заберут ее, а я дура набитая стою с открытым ртом, пораженная от его красоты.

– Чего тебе?- я спрятала свои тревоги за грубостью.

– Так ты общаешься с братьями? Ты Ангелина?! Я искал тебя.

– Ли, - поправила я его.

– Да, я слышал, но мне нравится твое полное имя, - он посмел нагло улыбнуться. Видимо знал, что я далека от ангела.

Как назло, у него даже голос был красивым, но я заставила себя сосредоточиться на том, что этот блондин моя проблема.

– Плевать что тебе нравится, меня зовут Ли. Говори быстро, что хотел и проваливай. И вообще в братстве есть номер моего мобильника, могли не утруждать себя курьерами.

– А кто сказал, что я курьер детка?

Наверно я нахмурилась еще сильнее, потому как блондин растянул рот еще шире.

– Ангелина - я напарник.

Вот это пролет.

Этот гад Виктор уже два года навязывал мне напарников. То милую общительную (тупую) блондинку, то хорошенькую рыжую, с мягким характером и еще пару брюнеток. Контраст не подходил, они все от меня убегали. Ну, не могу я быть в партнерстве. Еще и спину кому-то прикрывать.

И вот те на. Он поменял тактику. Мол, мужика попробуй выжить из ума.

– Ангел, меня зовут Алекс.

Руку не протягивал, догадывался что откушу. Особенно после ангела.

Нет, ну вообще-то я тоже умею играть в игры.

– Хорошо, блонд.

Его явно повеселили мои слова, он расхохотался.

Пока не прошла минута смеха, я обошла его, и пошла дальше. Гаденыш поперся за мной.

– Ну, погоди, ты еще не слышала о нашем задании.

– Думаю, сегодня мне позвонят, и я все узнаю.

– Но ведь можно просто послушать меня. И тогда разговор с ненавистным Виком будет коротким.

Я обернулась, и замерла с удивлением. Скажу больше, я чуть не выронила пакеты.

Никто никогда не говорил напрямую о чувствах, кого бы то ни было. Только не в братстве.

Я вела себя по-тихому, и если сам Виктор и догадывался о моей ненависти, то никто другой знать не мог точно.

– Что ты сказал? – с недоумением спросила я.

– А что такого. Его никто не любит. Деспот.

Можно подумать это единственный грешок.

– Так, короче, как там тебя? Блондинка. Мне сейчас некогда. Как-нибудь потом.