Шрифт:
— Круто, — восхитился Макаров. — А почему же другие звездолеты так не летают?
— А вы попробуйте разломать современный звездолет на тысячу частей, — посоветовал Аллен, — а потом собрать его обратно. Это только на картинке все просто!
3.
Макаров понимающе цокнул языком.
— Значит, сетевик — это второй штурман? — спросил он.
— Совершенно верно, — ответил Аллен. — Штурман виртуальных морей. Я бы показал вам, как прокладывается курс, но сам еще толком не разобрался. Ближе к вечеру, ладно?
— Хорошо, — согласился Макаров и вынырнул в нормальный мир. Аллен на мгновение повернул голову, встретился с Макаровым взглядом и коротко подмигнул.
Толковый парень, подумал Макаров, переходя к следующему креслу. А теперь посмотрим, кто такой «броневик».
Завидев приближающегося Макарова, броневик «Рифея» Жозеф Круз хлопнул себя по колену и восхищенно воскликнул:
— Фантастика! Просто фантастика!
— Это вы о чем? — поинтересовался Макаров.
— Система защиты, — пояснил Круз. — Пять контуров и шестнадцать линий!
Ого, подумал Макаров. А я-то думал, что здесь просто броня и защитное поле.
— Что ж здесь такого? — спросил он, чтобы подзадорить Круза.
— Как что?! – возмутился Круз. — Да каждый контур — просто конфетка! Полуторатысячные фрактали; гравитационная невидимость; сверхсветовое импульсное поле; кварковая завеса!
Макаров почесал в затылке. Похоже, защита и впрямь что надо, решил он. Надо будет посмотреть на досуге, что это за системы такие.
— Подумаешь, — сказал он, скептически пожимая плечами. — А если черная дыра прямо по курсу?!
— Тогда — только декомпозиция, — развел руками Круз. — Но откуда взяться черной дыре прямо по курсу?!
— Свет не без добрых людей, — философски заметил Макаров. — А что такое декомпозиция?
— Самое замечательное свойство «Рифея», — похвастался Круз. — Он может разделиться на тысячу частей — и полностью собраться, если уцелеет хотя бы сотня!
— А если уцелеет две сотни, — полюбопытствовал Макаров, — у нас будет уже два «Рифея»?!
— Нет, «Рифей» может быть только один, — ответил Круз. — Квантовые эффекты!
— А, квантовые эффекты, — понимающе протянул Макаров. — Ну, тогда конечно.
Он покосился на следующее кресло, в котором сидел маленький круглолицый человек неопределенного возраста, но тут зал наполнил звучный голос Астархана:
— Внимание! Старт откладывается на две минуты! Испытатель Макаров, срочно покиньте корабль!
— А в чем дело? — испуганно спросил Макаров.
— Это тебе Лапин объяснит, в чем дело, — ответил Астархан. — Прилетел минуту назад, и потребовал немедленной встречи.
Господи, подумал Макаров. Чтобы Лапин — и немедленной встречи?!
Война, что ли?
— Я пошел, — сказал Макаров, коротко поклонившись Астархану. В ту же секунду перед ним засветился прямоугольник телепорта. Шагнув вперед, Макаров нос к носу столкнулся со своим персональным куратором, выглядевшим так, словно враги только что сожгли у него родную хату.
— Война? — с порога спросил Макаров.
— Пока что нет, — мрачно ответил Лапин. — Сядем!
Он подал Макарову простой деревянный стул, а сам уселся на круглую табуретку. Макаров глянул вокруг и сообразил, что находится на собственной кухне, обставленной в стиле восьмидесятых годов двадцатого века. Лапин внес в интерьер только одно изменение: убрал со стола покрытую чайными пятнами клеенку.
— Когаленцев помнишь? — спросил Лапин, выставляя на стол две громадные чашки.
— Спрутов? — уточнил Макаров. — Еще бы!
— В тот раз они за мной приходили, — сказал Лапин. — Умнее оказались, чем я думал.
— Мне тоже так показалось, — кивнул Макаров. — Но зачем? Разве они не знают, что мы бессмертны?
Лапин задумчиво огладил бороду.
— Они много чего не знают, — сообщил он. — А если мы постараемся, то никогда и не узнают.
Макаров вздрогнул, услышав это «мы».
— Что случилось, Семен Петрович? — спросил он, обхватив свою чашку обеими руками. — Я так понял, это и меня касается?
— Еще как касается, — кивнул Лапин. — Ладно, по порядку. Я благотворительным фондом командую. Галактическим. Помогаю неимущим литераторам. Взамен они мне помогают. Рассказывают, каково им на родных планетах приходится.
— Разведка, что ли? — сообразил Макаров.
— Знание противника, — назидательно произнес Лапин. — Основа внешней безопасности. Дальше слушай. Таля Калим — большой эрэс. Игры Калима по всей Галактике знамениты. Его даже когаленцы тронуть побоялись. Депортировали, а семью в заложниках оставили. Вот и попал Калим на крючок.