Ого. Я должна сделать реверанс и поклониться аудитории. Я не могла поверить в то, что сказала это без слез, не раздумывая и не заикаясь. И по счастью, Зендер слушал.

Он подошел ко мне еще ближе, пока наши дыхания не смешались.

– Лекси, – мягко сказал он, наклонившись чуть ближе. Я могла чувствовать вкус его слов на своих губах, и потребовалось приложить огромные усилия, чтобы не среагировать на близость между нами. – Ты должна была мне рассказать.

Мои глаза были закрыты, пока меня не оттолкнули назад. Открылись они в тот же миг, как я оказалась прижата спиной к холодной стене. Руки Зендера держали меня за бедра, и он приподнимал меня, пока я не встала на цыпочки. Его рот обрушился на мой так жестко и так быстро, что у меня опять закружилась голова. Наши губы соприкасались, вспоминая вкус, искры, блаженство, эйфорию, любовь. Все вместе. Все, что у нас было. Они были связаны и соединились вновь. Все кусочки легли на свое место.

Когда Зендер отодвинулся от меня, я задыхалась от желания и хотела большего. Жаждала большего.

Он сделал шаг назад, оставляя меня стоять в стороне, и затряс головой.

– Это была ошибка.

Ох.

– Да, – я кивнула головой, соглашаясь с ним, хотя мое тело яростно протестовало. Я знала, что он чувствовал сильное желание, его эрекция была тому свидетельством. Но да, это было ошибкой. У него скоро свадьба, мы не виделись целую вечность, и между нами накопилось слишком много всего.

– Я, хм, – он шагнул назад, в сторону дверей и прочь от меня. – Я должен вернуться на улицу.

– Подожди, – я сказала это, когда он почти ушел. Он снова повернулся ко мне, движение было резким. – Он знает о тебе. Он хочет встретиться и узнать тебя, как отца.

Зендер опустил глаза к полу, неуверенный в ситуации.

– Я не уверен, смогу ли это сделать, – и затем он ушел.

Я уставилась на место, где он только что стоял, и мое сердце разбилось окончательно. Он не хочет знакомиться с нашим сыном. Его сыном. Джастин – это весь мой мир. Его родной отец отказывается с ним знакомиться. Кроме всего прочего, это являлось моим самым большим кошмаром. Это было последнее, чего я когда-либо ожидала от Зендера.

Выйдя на улицу, я крепко обняла Джастина и осмотрелась вокруг поверх его плеч. Кажется, никто даже не заметил, что меня не было двадцать минут, пока я пыталась разобраться в себе после объяснений с Зендером. Что касается самого Зендера, то его, кажется, вообще здесь не было.

Оторвавшись от Джастина, я спросила его, как он провел время со своей тетей. При взгляде на него было понятно, что затянувшиеся допоздна посиделки прошли удачно, и это согрело меня изнутри. Мне было грустно оттого, что у него не было ничего подобного раньше, но меня радовал тот факт, что это появилось у него сейчас. Я хотела, чтобы он был тесно связан со всеми своими дядями и тетями, даже с моими родными, но не видела возможности для последнего. По крайней мере, не сейчас. Не пока мы находимся здесь. Но сейчас, когда папа о нем знает, может быть, он попытается все-таки узнать своего внука поближе, в конечном счете.

На скамейке у стола я заняла место рядом с Джастином, сев между ним и Магнолией. Все, казалось, были поглощены разговором, включая Джастина, разговаривавшего о спорте с Риз. Было довольно забавно наблюдать, как они сближаются все сильнее. Хотя она гораздо ближе ему по возрасту, чем мои братья.

Большую часть времени я не принимала участия в разговорах, прислушиваясь к темам, тем не менее, не включаясь в беседу. Я положила себе на тарелку гамбургер и салат с вермишелью, но и не притронулась к ним. С моим желудком и так творилось нечто нехорошее, чтобы нагружать его еще и едой. Исходя из количества выпитого пива, мне нужно было его чем-нибудь заполнить, но я могла думать лишь о том чертовом поцелуе, и о том, что бы он мог значить. Если он вообще хоть что-нибудь значил.

И кстати, куда, черт возьми, подевался Зендер?

Его очаровательная невеста сидит за столом и болтает о свадьбе. Он должен быть где-нибудь поблизости.

Но я собираюсь побыть эгоисткой и сказать, что я рада, что его здесь нет. Не думаю, что смогла бы прямо сейчас сидеть и смотреть, как эти двое прикасаются друг к другу или разговаривают, или, не дай Бог, целуются, не после того, что произошло.

Об этом мне тоже нужно перестать думать. Мне нужно перестать думать вообще. Я одновременно любила и ненавидела его. Была слишком зла на него, но при этом и понимала его. И мое тело, черт, меня невыносимо тянуло к нему. Я почти урчала, желая большего.

Когда ланч закончился, все девушки принялись за уборку, тогда как парни собрались в полукруг. В группу входил и Джастин, но там не было Зендера. Он так и не показался, хотя его пикап был припаркован рядом, так что я знала, что он где-то здесь. Было странным то, что Эмерсон никак это не комментировала. Может быть, она знает, где он. Я хотела спросить, но не стала.

Ещё я хотела спросить, знает ли она о том, что Зендер отец Джастина, или нет. Он сразу все понял, видимо, сделав вывод исходя из его возраста.