— Тэд, ты не знаешь, зачем они сюда явились?

— Не-а.

— Думаю, тебе стоит затаиться, — сказал Ройс волшебнику. — Кто-то мог упомянуть твое имя. Пойду выясню, что происходит. Похоже, — он посмотрел на гнома сверху вниз, — твой заказчик только что прибыл. Казнь пока откладывается. Этот добрый старичок присмотрит за тобой сегодня, так что ты останешься тут. Потом покажешь нам, где подземный ход, и если ты не солгал, я сохраню тебе жизнь. В противном случае полетишь по частям в водопад. Договорились? Вот и хорошо. — Он снова повернулся к волшебнику. — Хочешь, я его свяжу или дам камнем по голове?

Гном снова испугался.

— В этом нет необходимости, — сказал Эсрахаддон. — Магнус похож на того, кто держит слово. К тому же я все еще способен на парочку весьма неприятных фокусов. Знаешь, каково это, иметь в голове целый рой живых муравьев? — спросил он участливо Магнуса.

Гном затаился и промолчал. Обыскав его, Ройс нашел под одеждой пояс с маленькими молотками, несколько инструментов для работы по камню и кинжал. Ройс удивленно осмотрел кинжал.

— Я всего лишь пытался сделать копию, — начал взволнованно оправдываться гном. — Получилось так себе. Я работал по памяти.

Ройс сравнил кинжал гнома со своим собственным. По виду они были поразительно похожи, хотя лезвия явно отличались. Оружие Ройса было изготовлено из тончайшего, почти прозрачного металла, сиявшего на свету, а кинжал Магнуса выглядел тусклым и тяжелым в сравнении с оригиналом. Ройс швырнул кинжал гнома с утеса в реку.

— У тебя великолепное оружие, — сказал гном, завороженно глядя на клинок, который мгновение назад упирался в его горло. — Это ведь турский кинжал, правда?

Пропустив его вопрос мимо ушей, Ройс сказал на прощание Эсрахаддону:

— Глаз с него не спускай! Я скоро вернусь.

Ариста заняла свое место в ложе над входом в большую залу господского дома. Здесь расположилась также вся свита архиепископа, в том числе Саули и куратор Луис Гай. Ложа, сделанная из грубо отесанных балок и толстых канатов, была очень тесной, но Бернис сумела в нее протиснуться и теперь стояла у Аристы за спиной. Топтавшаяся позади нее служанка раздражала принцессу, словно назойливый комар. Ариста понятия не имела, что происходит, и, казалось, остальные понимали не больше ее.

Когда они приехали в Дальгрен, всюду царил хаос. Хозяин особняка был, судя по всему, мертв, в доме поселились крестьяне, которых тут же выгнали вон. Луис Гай и его Серет восстановили порядок и распределили жилье согласно статусу вновь прибывших.

Принцессе выделили тесную комнатку на втором этаже, но по крайней мере это были ее личные покои. В комнатенке не было ни одного окна. На полу лежала медвежья шкура, над кроватью нависала голова лося, а к стене была привинчена вешалка из оленьих рогов. Бернис как раз распаковывала сундук Аристы, когда зашел Саули и настоял, чтобы принцесса отправилась с ним в ложу. Сначала Ариста решила, что начинаются состязания, но еще раньше было объявлено, что они назначены на другое время и начнутся после заката.

Трубач подошел к балюстраде ложи и сыграл сигнал к общему сбору. Во двор замка начала стекаться разношерстная толпа. Некоторые из прибежавших все еще держали в руках кружки или недоеденные куски. Кто-то на ходу застегивал штаны. Люди сгрудились в плотную толпу, выглядевшую как море голов и тесно прижатых друг к другу плеч. Все взоры устремились вверх, к ложе.

Архиепископ медленно поднялся на ноги. Он был в полном церковном облачении, в длинной вышитой сутане. Воздев обе руки в жесте благословения, он заговорил хриплым голосом, едва ли подходящим для столь важной речи:

— Настало время раскрыть подробности данного события, в котором вам, верующим в Новрона, предстоит принять участие, события столь великого, что оно навеки изменит наш несовершенный мир.

Несколько человек в задних рядах пожаловались, что им плохо слышно. Не обратив на них внимания, архиепископ продолжал:

— Я знаю, некоторые из вас прибыли сюда в уверенности, что их ждет схватка на мечах или копьях, подобно турниру на Зимнем празднике. Однако то, что вы увидите, в полной мере можно считать чудом. Кто-то погибнет, один-единственный станет победителем, а все остальные — свидетелями этого чуда. Страшное зло преследует эти места. Здесь, на реке Нидвальден, на краю мира, обитает чудовище. Оно не похоже на ужасного медведя вроде Освальда, уничтожавшего жителей Гламрендора. Эта тварь не что иное, как легендарный Гиларабрин, ужас, которого не видели со времен самого Новрона. Зверь настолько страшен, что даже в те дни, когда герои и боги странствовали по земле, лишь Новрон или кто-то, в чьих жилах текла божественная кровь императора, мог убить его. В этом и состоит ваша задача: убить чудовище и спасти многострадальную деревню от древнего проклятия.

По толпе пронесся ропот удивления, и архиепископ снова воздел руки, чтобы успокоить людей.

— Тихо, — хриплым голосом крикнул он, — ибо я еще не сказал вам, какова награда!

Он подождал, пока толпа замолкнет. Многие придвинулись ближе, чтобы лучше слышать.

— Как я уже говорил, лишь Новрон или его единокровник мог убить Гиларабрина. Следовательно, тот, кто сумеет одолеть сию кошмарную тварь, будет не кем иным, как наследником имперской короны, давно потерянным наследником Новрона!