— Опишите мне еще раз, как джинн появился из пирамидки, — попросил Фархад.

И Рустам, пытаясь вспомнить до мелочей, как мог, изложил все, что говорилось и происходило тогда на совете во дворце у его отца. Когда он дошел до момента их бегства по подземному туннелю и описал удивительный колодец, из которого они выбрались наружу, на лице Фархада промелькнула понимающая улыбка. А когда он рассказал о ловушке, которую им подстроил мудрец Бахтиер, и о том, как им удалось ее избежать, то хозяин дома не смог скрыть своего удивления.

— Вы говорите, Рустам, что книга сама вас к себе притянула, и вы смогли переместиться на расстояние в несколько десятков километров? — лицо джаннида выражало растерянность.

Когда же принц продолжил свой рассказ и описал то, как им удалось выйти из окружения разбойников и попасть в какой-то непонятный мир, где они встретили Дильфузу, то Фархад встал с места и начал ходить взад и вперед мимо сидящих ребят, не в силах сдержать своего волнения.

— Разве это возможно, отец? — спросил Фарух.

Он уже давно сидел рядом с Дильфузой и тоже жадно слушал все, о чем говорил принц, рассказывая о событиях, произошедших с ним и его друзьями.

— Этого не может быть. Так не бывает, — прошептал Фархад.

— Чего не может быть, чего не бывает? — не удержалась и спросила Дильфуза, обращаясь к младшему джанниду.

— Ни один человек не может воспользоваться книгой и осуществить перемещение просто так, без подготовки, и не имея талисмана, — ответил ей Фарух.

— Какого талисмана? — не поняла она.

— Того самого, который ты носишь на свой руке.

Рукава толстовки Дильфузы были достаточно длинными, чтобы прикрыть ее пальцы, и джаннид не мог видеть кристалл на ее руке. Ему просто было известно о его существовании. Но откуда?

— Я не знала, что это талисман, Фарух. Но откуда ты знаешь об этом кристалле? — не унималась она.

Вокруг них воцарилась глубокая тишина. Дильфуза не сразу заметила, что внимание всех присутствующих уже давно приковано к ее разговору с младшим джаннидом.

— Я все объясню тебе Дильфуза и всем вам, но чуть позже. После того, как Рустам закончит свой рассказ, — ответил за сына Фархад.

И принц продолжил говорить и описал их встречу с Дильфузой и то, как она переместила их обратно. А затем о том, как их захватили разбойники и как Нуриддин отпустил их, проникнувшись их несчастьем, и не стал препятствовать их дальнейшим поискам джаннидов.

— Ну, а о том, как на нас напал джинн, который принес с собой коварного визиря Хамида, мне, наверное, уже не стоит рассказывать. Вы и сами все прекрасно видели, — принц Рустам завершил на этом свое повествование.

— Вы правы, Рустам, мы видели джинна. Правда, недолгое время, потому что нам нужно было как можно быстрее увезти вас подальше от угрожающей вам опасности. И скажу вам прямо, то, что мы увидели, поражает воображение даже такого много повидавшего на своем веку джаннида, к которому я могу без излишней скромности отнести самого себя, — сказал Фархад и глубоко задумался.

— А что вы сами думаете обо всем этом? — осмелился нарушить его молчание принц.

— Я думаю, что мне нужно рассказать вам о некоторых вещах, которые вы не знаете и о которых вы, возможно, даже не догадываетесь, — Фархад сделал паузу, думая, с чего ему лучше начать.

Над ними ярко светили звезды. Видя их, ребятам трудно было представить, что они находятся на дне глубокой впадины. Защитный барьер, который оберегал вход в мир джаннидов и который они преодолели на коврах вместе с ними, располагался высоко отсюда, был абсолютно невидим и незаметен. А звезды, казалось, были совсем близко. Стоит только протянуть руку — и можно схватить одну из них и притянуть к себе, чтобы своим холодным светом она раздвинула границы сумрака, окружившего со всех сторон небольшую площадку веранды, на которой двое джаннидов и четверо юных друзей пытались понять, как им спасти свой мир.

Прежде чем начать свое повествование, Фархад медленно обвел взглядом сидевших перед ним ребят.

— Я хотел бы немного рассказать вам о том, как устроена наша Вселенная, — продолжил он после недолгого молчания. — Этим знанием когда-то владели все жители нашего мира, но со временем оно было утрачено. Людей больше волновали мелкие личные заботы, они перестали заниматься глобальными вопросами и постепенно забыли о том, что кроме нашего мира существуют еще и другие миры.