Хамид стоял, облокотившись на резные мраморные перила широкого балкона, с которого открывался прекрасный вид на лежащий у его ног город. Теплый вечерний ветер доносил до него запахи цветов, рассаженных в саду вокруг дворца вперемешку с диким запахом трав, растущих на просторах степи, раскинувшейся далеко отсюда. На перилах, возле руки Хамида возвышалась маленькая пирамидка из черного камня, почти не заметная в сумраке быстро наступающей ночи.

Бахтиер прошел через покои падишаха в поисках своего господина и тоже вышел на балкон. Он остановился, не зная, с чего начать свой доклад.

— Ты принес мне книгу, Бахтиер? — Хамид даже не обернулся, чтобы проверить, кто стоит за его спиной.

— К сожалению, нет, мой господин, — мудрец ответил честно и без увиливаний. Он знал, что визиря Хамида нельзя водить за нос. За это можно было поплатиться жизнью, особенно сейчас, когда вся власть в стране оказалась в его руках.

Хамид резко повернулся и направил пристальный взгляд своих колючих черных глаз прямо в глаза несчастному мудрецу, стоявшему перед ним. Бахтиер почувствовал, как у него слегка подкосились ноги и все сжалось внутри от ожидания неминуемой и страшной расплаты.

— Расскажи мне, что произошло. Я хочу знать все, до мельчайших подробностей, — Хамид отреагировал на слова мудреца на удивление хладнокровно. Он подобрал с перил пирамидку и зашел обратно в покои падишаха.

Было темно. Горящая на столе маленькая лампадка была не в состоянии осветить огромное пространство с высокими сводами от пола до потолка. Но визирь не стал приказывать, чтобы зажгли свет.

— Садись и рассказывай, — Хамид налил из стоявшего на столе золотого кувшина прохладной фруктовой воды и протянул чашу Бахтиеру.

Тот с благодарностью принял напиток и жадно сделал несколько глотков. Его сознание, притупленное долгой и утомительной дорогой, прояснилось, и он смог последовательно и четко изложить все, что с ним произошло за это время. Он начал с момента, когда покинул Аджент и устремился на юг по Большому северному тракту, через город Ходжент, затем через Пскент и далее к Хамрабаду, где ему удалось настигнуть беглецов и почти схватить их, едва не завладев Книгой джаннидов, которую вез с собой принц Рустам.

— Значит, ты говоришь, они испарились у тебя на глазах, принц и эти двое из медресе, — подытожил сказанное Хамид.

— Да, мой господин. Принц держал книгу в руках, и вдруг начало происходить что-то необъяснимое. Их как будто окутало серебристым сиянием, и они все дружно исчезли. Свечение воздуха продолжалось еще какое-то время, несмотря на то, что никого уже не было на этом месте, — мудрец сделал паузу и постарался еще раз как можно подробнее восстановить запечатленную в памяти картину.

— Все случилось очень быстро, мой господин. Пара мгновений — и все, их уже там не было. Куда они делись, я не знаю, — Бахтиер почувствовал навалившуюся на него усталость. Ему было все равно, как с ним поступит визирь после его неудачной попытки преследования беглецов. Всего лишь трое детей, но им удалось переиграть взрослых и опытных в таких делах людей и скрыться в неизвестном направлении.

«Как это могло быть? Почему?» — мудрец задавал себе эти вопросы и не знал, как на них ответить. Здесь были и благоприятное стечение обстоятельств, и удача, которая сопутствовала принцу с его напарниками, да и просто волшебство.

«Значит, книга действительно может перемещать людей. Значит, все правильно, и я не зря трачу усилия, чтобы вернуть ее себе», — Хамид погрузился в свои мысли, и в тишине было слышно, как шуршат от налетевшего ветра листья на деревьях в саду.

— Ты не привез с собой старого муллу из медресе? — задал он неожиданный для Бахтиера вопрос. — Интересно было бы услышать от него, что он знает об этой книге. Возможно, он мог бы рассказать мне, как управлять силой, которая в ней скрыта.

Бахтиер поднял свой взгляд на визиря. Огонек от лампы, горящей на столе, отразился в его глазах и заиграл в них двумя язычками пламени. Мудрец ответил не сразу.

— Он отказался нам помогать, мой господин. Я оставил его там…

Визирь посмотрел на Бахтиера и все понял. Он не стал дальше спрашивать.

За время их беседы на столицу опустилась ночь. Высоко в небе одна за другой начали зажигаться звезды, сплетаясь в летящие по небосклону созвездия. Визирь поставил на стол свою черную пирамидку, которую все это время теребил в руках, и легким движением пальцев незаметно сдвинул ее верхнюю часть.

— Ахрор, — тихо, но внятно произнес он.

Бахтиер вздрогнул от неожиданности. Он подумал о том, что никогда не привыкнет к зрелищу вылетающего из пирамидки джинна. Струя дыма быстро превращалась в густое черное облако, которое продолжало вращаться вокруг своей оси, поворачиваясь к сидящим визирю и мудрецу то одной, то другой парой своих красных демонических глаз.