«Что это такое?» — едва успела промелькнуть в его голове мысль, как картинка пропала, и он снова смотрел на зеркальную поверхность одной из граней кристалла, отражающую от себя все, что находилось перед ней.

— Что ты там такое увидел, Рустам? — спросила Дильфуза, которая заметила выражение изумления и восхищения на его лице.

— Да так, показалось. Как будто внутри кристалла были протянуты лучи, от центра камня к его вершинам. И как будто они были живыми, — он немного смутился, ожидая, что его зрительные фантазии вызовут смех у окружающих.

Никто не смеялся. Наоборот, притихшие Сардор, Кахрамон и Дильфуза внимательно смотрели на него и ловили каждое его слово.

— Может быть, ты тоже посмотришь, Кахрамон? — предложил принц, протягивая ему кристалл.

Но Кахрамон почему-то не торопился брать его в руки. Он стоял и настороженно переводил взгляд с камня, который принц держал в одной руке, на книгу, которую он прижимал другой рукой к своей груди.

— Если честно, то я почему-то побаиваюсь смотреть через этот камень, — неожиданно ответил Кахрамон.

— Почему, друг? Ты ведь уже держал его в руках. Ты пережил пару перемещений в пространстве, и я не припоминаю, чтобы тебе было страшно в такие моменты. Тебе нечего бояться, — пытался успокоить его Рустам.

— Я боюсь не того, что могу увидеть в этом кристалле. Я не знаю, как то, что в нем находится, может повлиять на мою жизнь, на мое будущее, изменить мою судьбу, — он замолчал, подбирая нужные слова. — Я боюсь неизвестной силы, спрятанной в этом камне.

— Ты прав, Кахрамон, — согласился с ним принц. — Никому неизвестно, что может случиться с каждым из нас завтра, через час или даже через минуту. Но если мы будем бояться сделать шаг вперед, в то неизвестное будущее, которое нас ожидает, то мы так никогда и не узнаем свою судьбу и свое предназначение. Мы так и будем плыть по течению, которое кто-то выберет за нас, ничего не изменяя, подчиняясь чужой воле и чужому плану. А когда мы приблизимся к закату нашей жизни и обернемся назад, то увидим, что мы не сделали ничего такого, о чем можно было бы вспомнить с гордостью и рассказывать об этом своим детям и внукам. Мы поймем, что мы даже не попытались приложить свои усилия, чтобы изменить наш мир и сделать его хотя бы немного, совсем чуть-чуть лучше, добрее и справедливее.

Все молчали, пытаясь представить, что их ждет в будущем. Дильфуза не отрывала глаз от Рустама, каждое слово которого глубоко проникало в ее сердце, заставляя задуматься о смысле жизни.

— У нас есть ближайшая цель — найти джаннидов. И наша задача сейчас добраться до Шардусской пустыни, чтобы там начать свои поиски, — принц Рустам медленно переводил взгляд с одного посланника муллы на другого, в поисках выражения согласия и готовности идти с ним дальше. Кахрамон и Сардор слушали с серьезными лицами и кивали в ответ в знак поддержки и согласия. — Как только мы достигнем своей цели и осуществим задуманное, мы поставим перед собой новую цель. И мы будем продвигаться дальше и дальше в поисках средства борьбы с нависшей над нашим миром угрозой, пока не выполним свою миссию. И в этом будет наше высокое предназначение и смысл нашей с вами жизни, нашей судьбы, которую выбираем мы сами и никто другой за нас. — Тут взгляд Рустама задержался на Дильфузе.

«Придется ее взять с собой и все ей рассказать», — подумал он.

— Я пойду с вами, но только при условии, что вы мне все расскажете. Я не понимаю, что здесь происходит, — как будто продолжая его мысль, очень серьезно и довольно решительно сказала Дильфуза, обращаясь ко всем, но адресуя свои слова в первую очередь принцу.

— Хорошо, Дильфуза. Но сначала ты должна рассказать нам все, что тебе известно об этом кристалле. Когда и как он попал к тебе в руки, кто его тебе дал и зачем, — Рустам ободряюще ей улыбнулся.

— Ладно, — согласилась девушка. — Тут и рассказывать особо нечего. Это случилось, когда я была еще очень маленькая. Кажется, мне было четыре года или…

— Ой! Смотрите, кто это?! — возглас Сардора заставил ее умолкнуть и всех обернуться.

Со стороны холмов к ним двигались четыре всадника. Быстро, слишком быстро они направлялись наперерез западному тракту. Даже глупцу было бы понятно, что они двигались прямо к ним. Неизвестные люди с неизвестными намерениями.

«Неужели снова Бахтиер», — мелькнула паническая мысль в голове у принца.

Он всмотрелся в приближающихся к ним всадников. Можно было уже разглядеть, во что они были одеты, и их коней. «Нет, это не Бахтиер», — подумал Рустам. Того всегда можно было узнать по дорогой одежде и ухоженной лошади. Да и другие всадники не были похожи на дворцовую стражу. У них не проглядывалась привычная военная выправка, да и одеты они были слишком ярко и разношерстно. «Кто же это может быть? Неужели разбойники вернулись обратно?» — лихорадочно соображал Рустам.

— Кто это такие, Рустам?! — почти одновременно вскрикнули Кахрамон и Сардор.

Дильфуза молча всматривалась в скачущих к ним навстречу незнакомцев, пытаясь понять, чем вызван испуг и беспокойство ее новых друзей. Резкий свист заставил их вздрогнуть и непроизвольно отступить назад. Разбойники были уже рядом. Не снижая скорости, они разделились и начали стремительно приближаться с четырех противоположных сторон к стоявшей кучке ребят и Дильфузе. В этот момент всем сразу стало понятно, кто ищет встречи с ними и какие у этих людей могут быть намерения.

— Бежим к лошадям, может, мы еще успеем уйти! — закричал Сардор и рванулся по направлению к кусту шиповника, у которого были привязаны их лошади.