И действительно, народ ещё подтянулся на звуки битвы и уже не стеснялся, старательно мордуя друг друга. Кто возьмёт верх — гости или хозяева, пока неясно. С одной стороны приличное численное превосходство, с другой — дисциплина, но в плотной свалке последнее уже не является однозначным залогом успеха. Всех стрелков прикрытия хозяев уже выбили или они благоразумно отошли. Маги обеих групп же разошлись в стороны, активно перебрасываясь друг с другом огненными шарами и большими сосульками, ибо в мешанине дерущихся воинов сложно отличить своих от чужаков, особенно применяя объёмные заклинания.

— Вмешаемся? — жена взглянула на меня с огнём азарта во взгляде.

— Нет! — резко остудил её кровожадный порыв. — Мы вообще-то шли в город совсем не за этим… — напомнил ей о главной цели нашего похода.

— Как скажешь, — опять она изобразила послушность, хотя внутри неё оставалась надежда на то, что я вскоре передумаю, как произошло в первый раз.

Вот только у меня имелись совсем другие мысли. Если поначалу нам банально везло, то дальше зря рисковать оказаться между молотом и наковальней категорически не рекомендуется. Клановые разборки в этом городе благополучно перешли в горячую фазу и сейчас лучше постоять в стороне, посмотрев, чем дело закончится. Случайно попадутся особенно яркие «красненькие», вот их можно распотрошить, о чём и поведал своей азартной до драк супруге.

«Ох…!» — мне захотелось долго и громко ругаться, при первом взгляде на догорающее изнутри здание аукциона. Многочисленные пятна крови на земле наглядно говорили о недавно произошедшем на рыночной площади вокруг него большом побоище. Тут бились не стенка на стенку, а толпа на толпу. Мёртвых тел уже не осталось, выпавшее из рук оружие тоже подобрали, лишь пятеро бойцов в латной броне без шлемов под прикрытием парочки магов с посохами старательно обыскивали прилегающую территорию, причёсывая её мелкими гребнями для волос, закреплёнными на длинных ручках по типу граблей. Возможно, здесь кто-то недавно потерял нечто особенно ценное, но мой взгляд ничего не замечал или я просто чего-то не понимаю в наказаниях за нерадивость. Отправив напарницу на ближайшую крышу вести наблюдение, с приказом ни во что не вмешиваться и при любой опасности сразу же отходить, под невидимостью направился к ним. Есть шанс узнать что-либо важное из разговоров.

— … Теперь придётся продавать и покупать только через кланового брокера, и те же шмотки вообще хрен найдёшь, — недовольно заметил один из бронированных игроков, с заметной злобой на лице пиная ногой в латном сапоге валяющийся на земле приличный по размеру камешек, отчего тот улетел метров на десять.

Наконец-то досужая болтовня искателей в доспехах затронула интересующую меня тему, а то обсуждения чьих-то виртуальных интимных похождений и сильно необходимых для того дела «привлекательных» шмоток и парфюма, мне быстро наскучили.

— Зато ничего ценного налево не уйдёт, — ехидно буркнул в ответ второй. — Давно пора было прикрыть эту вольницу. Да и «вольняшек» прижать к ногтю, а то совсем обнаглели, не хотят платить владельцам территорий.

— Тебе хорошо, Борк, ты по монстрам на заработки не ходишь, а безвылазно сидишь в замке на полном обеспечении, — первый продолжал излучать едкое недовольство, — А мы минимум половину доходов с трофеев потеряем, и за дополнительные расходники придётся вдвое, если не больше переплачивать.

— Жадный ты, Жлан, только о своём кармане и думаешь, мог бы ведь и о товарищах из клана позаботиться, — второго сложившаяся ситуация, похоже, более чем устраивала.

— О товарищах?! — судя по тону голоса, недовольство первого едва не выплеснулось потоком грязных ругательств. — Думаешь, тебе и твоим подопечным, третий год сидящим ровно на попе, что-то перепадёт? — ехидно спросил он. — Ага, жди! Все излишки, как всегда, загребёт сам знаешь кто, а вам покажут кукиш без масла.

— Что-то ты в последнее время так разоткровенничался, не боишься, что донесут? — второй решил немного припугнуть своего излишне разговорчивого товарища.

— Донесут, и? — тот явно не боялся подобных угроз. — Первый раз что ли? Это тебе, бездельнику, стоит опасаться гнева начальства, а нам всё равно ничего не сделают, разве пальчиком погрозят.

— Ты в этом уверен, Жлан? — второй даже остановился и с явным подозрением взглянул на первого. — Лучше подумай, куда уже завтра подадутся лучшие бойцы из слабых кланов, когда снесут их замки и оставят тех без последних штанов. Сам видишь — одиночкам сейчас вообще ничего не светит, всё надёжно перекрыто. Потому послушай меня, приятель, держи-ка ты рот на замке и не трепись попусту, иначе вышвырнут без выходного пособия. Ни гроша после не выведешь из игры.

— Это да, есть в твоих словах доля правды, — нехотя согласился тот. — Без свободного доступа к аукционным домам в городах заработать с игры больше не получится. Но, я так думаю, кто-то обязательно пробьёт дырку наружу. Уж больно много тех, кто не потерпит монополии кланов. Социалы опять же. Раньше они с нами почти не пересекались, а теперь у них не осталось выбора. Потому это всего лишь вопрос времени.

— Сильно сомневаюсь, — его собеседник по этому вопросу пребывал в махровом скепсисе. — Вся эта заварушка началась с подачи игровой администрации, потому всем умникам и хитрецам я уже заранее не завидую. Из нубятника никогда не вылезут! А социалам придётся заплатить кланам процент и спать спокойно как раньше. С них особо не убудет.