Шрифт:
– А Натали Дент?
– Не сумев придумать, куда бы отправить эту красотку, просто смылся от нее, как только мы оказались в Большом Лос-Анджелесе.
Теперь Джейк надел и рубашку.
– Необходимо поторопиться. Если мы не найдем Честертона достаточно быстро, Кейт вряд ли можно будет помочь.
– Найдем.
– А если она умрет... – Джейк не закончил фразу. – Черт, мне даже самому непонятно, как я к ней отношусь. Словно после этого долбаного Холодильника я вернулся совсем в другой мир. Все изменилось, ну совершенно все. Оказалось, что Кейт меня не любит, что она помогла засадить меня в тюрьму.
– А может, Джейк, мир не так уж сильно изменился, пока тебя не было? Может, ты просто начал видеть его малость отчетливее?
Теперь настала очередь куртки.
– Сид, но ведь я обязан был увидеть, что происходит, еще до того, как они начали шить мне дело.
– А ты не увидел, и хватит об этом, – остановил его Гомес. – Только не забывай, что я остался прежним. Неприступная твердыня посреди всеобщего смятения, маяк, все так же указывающий путь посреди бурь моря житейского, желанное прибежище для души и тела, манящее к себе в темной, непроглядной...
– А ко всему – и высочайший образчик скромности. – Почти против воли Джейк улыбнулся. – О'кей, кончаю плакаться тебе в жилетку.
– А вот и блистательная цель нашей ночной прогулки! – объявил Гомес.
Похабный Голливуд занимал семь кварталов в самой южной части сектора Палм-Спрингс. Семь кварталов, полностью посвятивших себя производству и распространению порнографии и родственных ей жанров искусства. От блеска вывесок и афиш сперва хотелось зажмуриться. Джейк с Гомесом, уже пешком, прошли под огромной сверкающей аркой, извещавшей пришельца: «ПОХАБНЫЙ ГОЛЛИВУД. ПОРНОСТОЛИЦА МИРА!», и двинулись по начинавшейся здесь главной улице района.
Со всех сторон манили, подмигивали светящиеся вывески – «КРУТЫЕ ФИЛЬМЫ ЛИМИТЕД»; «БРАТЬЯ ПОЦ, КНИГИ»; «ПОРНОГРАВЮРЫ ДЛЯ КОЛЛЕКЦИОНЕРОВ»; "ПОРНОМАГАЗИН «ПЭНСИ» – ВСЕ ДЛЯ ГЕЕВ; «ПОРНОСУПЕРМАРКЕТ „СЕКСИ ЛЕКСИ“ – ПЯТЬ ЭТАЖЕЙ ПОХАБЕЛИ»; «ФОНОСЕКСОВЫЙ САЛОН – ПРИХОДИ К ВАМ И ПОГОВОРИ НЕ СТЕСНЯЯСЬ»; «ПОРНООБЕДЫ».
– Обед – это то, что нам надо.
Проскользнув между зеваками, Гомес нырнул в дверь.
Внутри заведение было стилизовано под вагон-ресторан середины двадцатого века. Длинное, узкое помещение со стойкой вдоль одной стены и кабинками вдоль противоположной. Почти во всех кабинах сидели посетители.
Гомес подошел к стойке.
– Когда-то я знал очаровательную юную леди, работавшую здесь, в Похабном Голливуде, – сказал он Джейку, примостившись на краешке табуретки и внимательно оглядывая зал. – Очень хорошенькая девчонка с каштановыми волосами по имени Тина. К сожалению, она снималась в фильмах Фрэнка Хольца. Если удастся найти ее, возможно, мы получим совет, как без лишнего шороха связаться с этим типом.
– Она бывает здесь?
– Раньше бывала.
Через две табуретки от них сидела толстая женщина в заношенном платье, с одутловатым лицом и лохмами ярко-морковного цвета. Уперев локти в стойку, она обеими ладонями сжимала кружку эрзац-кофе.
– Кого вы ищете?
Гомес продолжал осматривать помещение.
– Так, знакомую.
Толстая женщина встала и пригладила ладонью волосы.
– Господи Боже, да это же ты, верно ведь? – Протянув руку, она схватила его за рукав. – Гомес, ну как ты живешь?
– Madre... [23] Это ты, Тина?
Она улыбнулась.
– За последнюю пару лет я малость прибавила в весе.
– Да, – согласился он. – Есть чуток.
– А зачем ты меня ищешь?
– Мне нужна информация, Тина.
23
Мать (ucn.).
Аккуратно взяв свою кружку, она пересела на соседнюю с Гомесом табуретку.
– Я была бы рада помочь тебе, Гомес. Но... я что-нибудь с этого буду иметь?
– Конечно. Давай закажем тебе ужин, а потом побеседуем.
Женщина покачала головой.
– Не надо, чтобы видели, как я слишком долго беседую с копом.
– Я уже не коп.
– Все равно, ты какой-то там детектив.
– Частный. А это – мой напарник, Джейк Кардиган.
– Он тоже был копом.
– Верно, – согласился Джейк. – Так где же мы можем поговорить с тобой?
– У меня, через пятнадцать минут.
– А ты все так же живешь в этом замке на...
– Нет, – засмеялась Тина. – У меня комната в отеле «Мак-Сиди». Номер 101А.
– О'кей, Тина.
Гомес начал подниматься.
Она снова поймала его за рукав.
– А если будут деньги, так может – даже пять сотен?
Он улыбнулся.
– Не меньше, chiquita.
Глава 27
Фрэнк Хольц давал прием.
Прием был рассчитан на сотню с лишним приглашенных, и проходил он в его доме на краю сектора Палм-Спрингс. Когда-то здесь был самый большой в округе мотель, о чем напоминала огромная светящаяся вывеска "ОТЕЛЬ «ЗОЛОТОЙ ОАЗИС», которую не стали убирать, перестраивая заведение под частную резиденцию. Теперь эта вывеска сверкала над высокими посеребренными воротами.