– Мне не нужна работа в порнобизнесе.

Санделл засмеялся.

– Я уже давно не занимаюсь порнографией, Джейк. Три года назад Верховный суд постановил, что демонстрация полового акта между андроидами так же отвратительна, как и между людьми.

– Так что ты теперь делаешь?

– Обычные легальные фильмы, видеофильмы. Слушай, я могу предложить тебе работу консультанта в одном из них, – обрадованно сказал Джерри. – Я хочу снять фильм о войне с тэком.

– Войне с тэком? – удивился Джейк.

– Ну да. Ты знаешь, это будет потрясающий фильм: я покажу настоящие сражения между соперничающими группировками, борьбу полиции с торговцами тэком. Это будет, я тебе скажу, самая настоящая драма, фантастически захватывающее зрелище! – увлеченно развивал свою идею Санделл. – А еще там будет любовь с трагическим концом и множество легкомысленных женщин с потрясающими грудями. Ну как, Джейк, здорово?

– Погоди, Джерри, – охладил пыл приятеля Джейк. – У тебя за время работы в порнобизнесе, вероятно, появилось много влиятельных знакомых, занятых тэк-бизнесом?

Санделл задумался, а затем нехотя ответил:

– Кое-какие случайные знакомства, больше ничего.

– И ты продолжаешь их поддерживать?

– Зачем мне? Я всего лишь собираюсь сделать фильм, обличающий этих ублюдков. А остальное...

– Ты что-то хитришь, Джерри. – Джейк пристально посмотрел ему в глаза. – Тебе известно что-нибудь о Леоне Киттридже?

– Так... Самая малость.

– Если ты собираешься делать эту киноэпопею о тэке, тебе следует знать больше. Или ты что-то скрываешь от меня?

Санделл недовольно поморщился.

– Джейк, меня обижают твои слова. – Он встал, бросил сигарету в бассейн и, помолчав, добавил: – Я сказал то, что хотел сказать. В настоящий момент я являюсь крупнейшим продюсером настенного видео. И я не понимаю... Ну и дерьмо! – оборвав фразу на полуслове, закричал он.

Джейк обернулся, чтобы узнать, в чем дело.

Шикарный особняк внезапно начал как-то странно дрожать.

– Еще одно землетрясение? – спросил Джейк.

– Дерьмо, черт побери, настоящее дерьмо, – в сердцах повторил Санделл.

Тем временем с дворцом происходили странные вещи: великолепные ажурные решетки, украшающие окна, стали бледнеть и исчезли. Затем настала очередь лепных украшений из кремового отделочного гипса – они мгновенно потускнели и тоже исчезли.

Не прошло и трех минут, как от шикарного особняка остался лишь один фундамент, пол и мебель. В комнате, которая еще несколько минут назад была спальней, на овальной кровати сидела обнаженная молодая женщина с рыжими волосами и сердито смотрела на Санделла.

– Подонок! – зло крикнула она.

Санделл жалобно посмотрел на нее.

– Дорогая, клянусь Богом, я оплатил счет от «Хабитекс. Инк.»...

– Дурак, – пронзительно закричала девица. – Я же сижу голая посреди улицы!

– Дорогая, я прямо сейчас позвоню в эту проклятую контору, и через час дом будет восстановлен, – пытался успокоить ее Санделл.

Джейк с трудом сдерживал смех.

– Что это был за дом? Голографическая проекция?

– Да, будь она проклята. Сам знаешь, это намного дешевле, чем настоящий дом. Здесь самый фешенебельный район Уоттс-сектора, и один только участок обошелся мне в миллион четыреста тысяч долларов, – расстроенно объяснил Джерри. – Поэтому, когда «Хабитекс. Инк.» предложила мне этот дом-проекцию всего за три тысячи долларов в месяц, я согласился.

– Ты не смог оплатить аренду?

– Не совсем так. Я задолжал всего за четыре месяца.

– Что, твои киноэпопеи тебя не кормят? – усмехнулся Джейк.

– Нет так, как порнуха, разумеется, – вздохнул Санделл. – А сейчас извини...

Джейк схватил приятеля за руку.

– Подожди, Джерри. Я тебя не отпущу, пока не расскажешь все, что знаешь о Киттридже.

– Ну ладно, – нехотя согласился Санделл. – Я слышал, что Киттридж в последнее время работал над прибором, который может разрушить всю торговлю тэком.

– Знаю. Из-за этого они и убили его?

– Это мне неизвестно. Насколько я знаю, они хотели лишь поговорить с ним. Может быть, предложить какую-нибудь сделку?

– А Сонни Хокори тоже собирался поговорить с ним?

– Он особенно, – кивнул Санделл. – Ну а теперь извини, Джейк, мне надо... дерьмо! – выругался он, уставившись в темнеющее небо. – Наконец-то летят!

Громко пыхтя, к владениям подлетал воздушный фургон. На его боку ярко сверкали неоновые буквы: «АРЕНДА И РЕМОНТ».