Вековечная работница!

По твоей ли, соха, милости С хлебом гумны пораздвинуты, Сыты злые, сыты

добрые, По полям ковры раскинуты? J

Про тебя и вспомнить некому. . Что ж молчишь ты, бесприветная, Что не в славу

тебе труд идет, Не в честь служба безответная?..

Ах, крепка, не знает устали Мужичка рука железная, И покоит соху-матушку Одна

ноченька беззвездная!

На меже трава зеленая, Полынь дикая качается, — Не твоя ли доля горькая В ее

соке отзывается?

Уж и кем же ты придумана, К делу навеки приставлена? Кормишь малого и старого,

Сиротой сама оставлена...

1857

Медленно движется время, — Веруй, надейся и жди...

Зрей, наше юное племя! ___

Путь твой широк впереди.

Молнии нас осветили, \

Мы на распутье стоим..

Мертвые в мире почили,

Дело настало живым.

Сеялось семя веками, — Корни в земле глубоко; Срубишь леса топорами, — Зло

вырывать не легко: Нам его в детстве привили, Деды сроднилися с ним...

Мертвые в мире почили,

Дело настало живым.

Стыд, кто бессмысленно тужит, Листья зашепчут — он нем! Слава, кто истине

служит, Истине жертвует всем! Поздно глаза мы открыли, Дружно на труд поспешим...

Мертвые в мире почили,

Дело настало живым.

96

Рыхлая почва готова, Сейте, покуда весна: Доброго дела и слова Не пропадут

семена. Где мы и как их добыли — Внукам отчет отдадим...

Мертвые в мире почили,

Дело настало живым.

1857

разговоры ^

Новой жизни заря — И тепло и светло: О добре говорим, Негодуем на зло.

ч

За родимый наш край Наше сердце болите За прожитые дни Мучит совесть и стыд.

Что нам цвесть не дает, Держит рост молодой, — Так и сбросил бы с плеч Этот

хлам вековой!

Где ж вы, слуги добра? Выходите вперед! Подавайте пример! Поучайте народ!

Наш разумный порыв, Нашу честную речь Надо в кровь претворить, Надо плотью

облечь.

Как поверить словам — По часам мы растем! Закричат: «Помоги!» — Через

пропасть шагнем!

В нас душа горяча, Наша воля крепка, И печаль за других — Глубока, глубока!..

А приходит пора Добрый подвиг начать, Так нам жаль с головы Волосок пЯтерять:

Тут раздумье и лень, Тут. нас робость возьмет... А слова... на словах Соколиный

полет!..

дедушка

Лысый, с белой бородою,

Дедушка сидит. Чашка с хлебом и водою

Перед ним стоит

Бел как дунь, на лбу морщины,

С испитым лицом. Много видел он кручины

На веку своем.

Все прошло; пропала сила,

Притупился взгляд; Смерть в могилу уложила

Деток и внучат.

С ним в избушке закоптелой

Кот один живет. Стар и он, и спит день целый,

С печки не спрыгнет.

Старику не много надо:

Лапти сплесть да сбыть —

Вот и сыт. Его отрада — В Божий храм ходить.

К стенке, около порога,

Станет там, кряхтя, И за' скорби сдавит Бога,

Божие дитя.

Рад он жить, не прочь в могилу, —

В темный уголок... Где ты черпал эту силу,

Бедный мужичок?

1857—1858

ночлег в деревне

Душный воздух, дым лучины,

Под ногами сор, Сор на лавках, паутины

По углам узор;

Закоптелые полати\

Черствый хлеб, вода, Кашель пряхи, плач дитяти...

О нужда, нужда! Мыкать горе, век трудиться,

97

Нищим умереть... Вот где нужно бы учиться

Верить и терпеть!

Ш7—1858.

песня бобыля

Ни кола, ни двора, Зипун — весь пожиток... Эх, живи — не тужи, Умрешь — не

убыток!

Богачу-дураку

И с казной не спится;

Бобыль гол, как сокол,

Поет-веселится.

Он идет да поет, Ветер подпевает; Сторонись, богачи! Беднота гуляет!

Рожь стоит по бокам, Отдает поклоны... Эх, присвистни, бобыль! Слушай, лес

зеленый!

Уж ты плачь ли, не плачь, — Слез никто не видит. Юробей, загорюй, — Курица

обидит.

Уж ты сыт ли, не сыт, — В печаль не вдавайся; Причешись, распахнись, Шути-

улыбайся!

Поживем да умрем, — Будет голь пригрета... Разумей, кто умен, — Песенка допета!