Ник со всей силы ударил по двери, та с грохотом закрылась.

Бред. Все бред. Маргарет его разыграла. Это все ложь.

Он стоял в своей комнате, прислонившись к двери, и закрыв глаза. Он продолжал твердить себе, что все, что сказала его непутевая младшая сестра, лишь детская фантазия.

Ему надо к Анне. Он собирался к ней и уже хорошо опоздал. Надо идти, она его ждет.

Но вместо этого Ник скользнул по двери на пол, достал из кармана телефон и начал набирать смс. Лишь несколько слов, что проложили начало пути, которые отдалят его от самого дорогого человека в мире.

«Извини. Я не приеду»

Анна не понимала, что произошло. Ник ее избегал. Вот уже несколько дней он не берет трубку, не приходит к ней. Она сама еще наказана и не может покинуть дом. Она уважала мать и ее правила пыталась не нарушать. Но другая причина ее послушности живет напротив. Старая соседка, которая живет одна, целыми днями сидит у окна и наблюдает за улицей. Она, как тот сторожевой пес, верный своему делу. И стоит Анне шагнуть за порог, как через несколько минут мама будет знать это.

Но отсутствие Ника сбивало ее из колеи. Почему он не приходит к ней. Его несколько смс про то, что он не может, что занят или другие отмазки. Она не верила всему этому. Что-то случилось. Он обиделся. Но почему? Что она такого сделала, чтоб заслужить такое отношение? Не может же он отказаться от нее из-за того, что она сотворила с Синди. Или может? В памяти всплыли картинки, где Ник мило беседует с той девицей, а она игриво ему улыбалась. Смутные сомнения начали зарождаться в ее сознание. Может они были ближе, чем Ник говорил. Синди не отрицала, что он ей нравится.

Волна злости накрыла Анну с головой. Она душила ее, не давала ни о чем другом думать. Грудь будто кто-то сжал в тиски, каждый вздох давался с большим трудом.

«Я ей еще мало врезала» думала Анна. Гнетущее чувство ярости набирало сил. Она понимала, что скоро не сможет себя контролировать, но ничего не могла с собой поделать. Больше она не могла просто сидеть и ждать. Ей надо что-то делать.

Анна схватила телефон и снова набрала Ника. Сегодня воскресенье, уроков нет. Завтра она уже идет в школу и может с ним встретиться, но так долго она не выдержит.

Долгие гудки сводили с ума. Хотелось швырнуть телефон в стену, но с трудом она удержалась. Он не отвечает. Снова. Почему? Чем он занят? Или кем?

Новая волна ярости накатила с большей силой. Теперь Анна с трутом могла себя сдерживать, чтоб не выбежать из дома, в чем есть, и пешком не бежать к нему. Ее сдержало только то, что Ник живет далеко, и ей бы пришлось долго бежать.

Она набрала другой номер. Прозвучало лишь пару гудков.

— Алло, Анна? Привет.

Беззаботный голос подруги слегка отвлек ее.

— Мне нужна машина. Мне нужно к Нику, — девушка ели выдавливала слова. Голова пульсировала от боли, дышать было тяжело.

— Машина? Не понимаю. Ты где?

— Я дома. Но мама забрала ключи, так, как я под домашним арестом. Но мне немедленно нужно к Нику. Мне нужно его увидеть.

Наверное, что-то в голосе Анны напугало Кети, она заговорила встревоженно.

— Анна, потерпи еще день. Завтра увидишь его в школе и сможешь с ним поговорить. Он не сможет тебя игнорировать вечно.

— Ты не понимаешь! — Анна сорвалась на крик, не в силах сдержать себя. — Я больше не могу вынести! Я сейчас разорвусь на части! Если ты не приедешь, я пойду пешком!

Наступила тишина. Анна понимала, что не права, что Кети обидится, но она не могла ничего с собой сделать. Что-то внутри давило на нее. Оно уже давно переросло обычную злость. Она уже не понимала, что это такое. Она лишь чувствовала, как оно ее поглощает. И большая потребность в Нике росла с этим чувством.

— Я сейчас буду, — услышала она перепуганный голос Кети.

Девушка села на пол. Она тяжело дышала и пыталась укротить свои эмоции, но ничего не получилось.

Казалось, Кети ехала целую вечность. Анна пыталась сидеть неподвижно. Каждое маленькое движение подталкивало ее сорваться с места и бежать, бежать до тех пор, когда она не увидит лицо Ника.

Ник. Само его имя звучало для нее божественно. Его образ стоял перед глазами, его имя хотелось говорить без умолку. Она сидела в своей комнате с закрытыми глазами и тихо шептала его имя. Оно казалось ей медом на губах. Все тело ломало от нехватки его прикосновений. Ей было больно, как больно наркоману во время ломки. И при каждом произношении его имени, она будто получала ту тысячную частицу дозы, которая ей была так нужна.

— Анна, — голос подруги ворвался в ее голову, прерывая тем самым медитацию.