– Да. Схватка с Закари. Это было нечто похожее на... на то, как вырывают ядовитое жало. Я думаю, и для Хоука это имело такое же значение. А может, для него это было просто соревнование. Он не любит проигрывать. Не привык.

– Понимаю, - сказала Сюзан.
– Иногда я сама себе удивляюсь. Но всегда понимаю, что ты хочешь сказать.

– А сейчас ты понимаешь, что есть еще кое-что?

– Что?

– Ты, - ответил я.
– И вспомни душ. Мне так нужна твоя любовь, когда я возвращаюсь откуда-нибудь издалека.

Она погладила мою правую щеку тыльной стороной ладони.

– Да, - сказала она.
– И это я тоже знаю.

Такси подкатило к телебашне. Я заплатил по счетчику и отвалил королевские чаевые. Мы, взявшись за руки, направились к лифту. Стоял ранний вечер буднего дня. В зале было почти пусто.

– Туристы, - пробормотала Сюзан.
– Самые настоящие туристы.

– Да, - согласился я.
– Но здесь можно заказать "Мэтью Роуз", а я выпью "Амстель", и мы будем смотреть вечернюю панораму Лондона. Возьмем утку с вишнями, и я буду цитировать Йейтса.

– А потом, - добавила она, - можно снова принять душ.

– Если я не перегружусь "Амстелем", - засмеялся я.
– И не объемся уткой с вишнями.

– В таком случае, - сказала Сюзан, - душ можно принять и утром.