Около часа они скакали по полям и лугам. Вендель понял, что они направляются в сторону Эсслингена.

В лугах их ждал какой-то человек. Он стоял неподвижно, будто статуя, опираясь на свой меч.

У Венделя сперло дыхание. На мужчине была одежда палача, а его меч был выкован не для сражений, а для казни.

Всадники окружили заплечных дел мастера со всех сторон.

Вендель беспокойно оглянулся. Что за чертовщина тут происходит? У де Брюса не было права казнить кого-либо, а палачу, как правило, нельзя было уходить так далеко от города.

***

Мелисанда обвела взглядом собравшихся: стража де Брюса и двое незнакомцев. На одном был наряд гильдии виноторговцев, на втором — зеленая одежда, как у егеря. Вид у виноторговца был бледный и жалкий.

Оттмар де Брюс облачился в черную куртку и черные штаны, его грудь прикрывал легкий пластинчатый доспех. Похоже, граф не подозревал, что сегодня его ждет смерть. Напротив, он казался веселым, даже поприветствовал палача кивком.

Мелисанда, едва сдерживая волнение, поклонилась. Что ж, время настало. Теперь главное — не допустить ошибки. Она вышла из дома, едва забрезжил рассвет. Нерту девушка завернула в попону, чтобы никто не увидел, как она выносит из города меч палача. И, конечно, чтобы никто случайно не порезался отравленным клинком. Стражники у Хайлихкройцких ворот без промедления выпустили ее за городскую стену. Когда солнце показалось над горизонтом, Мелисанда уже дошла до полей Фильдерна.

Де Брюс и его свита спешились, двое стражников развернули привезенные с собой свертки. Как оказалось, там были соломенные чучела.

Мелисанда была потрясена. Де Брюс оказался не глуп, он действительно хотел научиться, как правильно рубить людям головы одним ударом.

Мелисанда занесла меч и шагнула к де Брюсу и чучелам, но четыре копья преградили ей путь.

— Не обижайся, мастер-палач, они не хотят тебе помешать, — ухмыльнулся де Брюс. — Но я человек чести, а это всегда вызывает зависть, поэтому у меня немало врагов. Они подлы и коварны, многие из них богаты. Есть те, кто даст тебе сотню фунтов серебра, не поведя бровью, только чтобы заполучить мою голову в свою коллекцию. Поэтому осторожность не помешает. Посему — отложи свой меч, возьми вот этот и покажи мне, как ты выполняешь удар. — Он бросил ей другой меч.

Поймав оружие на лету, Мелисанда взвесила клинок на ладони. Он был выкован точно так же, как и Нерта, но лезвие было тупым. Этим мечом ей даже не оцарапать де Брюса! Зато меч был великолепно скован — отличная работа, роскошный клинок. Чистое лезвие, без яда.

Девушка вздохнула, скрывая досаду. Она уже представляла себе, как де Брюс попадает в ее смертоносную ловушку, но, похоже, на сей раз ему удастся избежать этой участи. Однако ей нужно держать себя в руках, особенно сейчас. Вдруг представится возможность подменить меч? Потом, когда внимание стражи ослабеет…

Солдаты отвели копья, и Мелисанда приняла боевую стойку: она встала боком к чучелу, опираясь на левую ногу, а не на обе ноги, как это обычно делали воины. Меч она обеими руками занесла над головой, так что острие почти касалось ее спины. Потом она резким движением вынесла левую ногу в сторону и развернула корпус, вкладывая всю силу тела в удар. Меч двигался медленно, проворачиваясь, но потом резко обрушился на чучело. Соломенная голова отлетела в сторону и попала в де Брюса — граф настолько опешил, что не успел отреагировать. Мелисанда оперлась на меч, улыбнулась и обвела взглядом присутствующих. Молодой виноторговец выпучил глаза от изумления, остальные же умело скрывали свои чувства.

Де Брюс потянулся, разминаясь.

— Теперь ты понимаешь, почему я вынужден был принять меры предосторожности. Если бы ты был наемным убийцей, моя голова покатилась бы с плеч быстрее, чем кто-то из солдат успел бы что-то предпринять. Я впечатлен. Зигмунд!

Один из стражников вышел вперед.

— Ты покажешь на Зигмунде, что я должен делать, а я буду повторять его движения.

Мелисанда прикусила губу. Теперь еще и это! Даже если бы у нее был свой меч, она не добралась бы до врага. Она находилась так близко к убийце своей семьи, но не могла причинить ему вред. Даже если бы она схватила меч и попыталась прорубиться к нему, ей не удалось бы справиться с семью опытными воинами.

Девушка взмолилась: «Господи, зачем Ты прислал мне моего заклятого врага, дал мне эту возможность, а потом позволил ему избежать наказания? Сколько еще мне страдать?»

Мелисанда старалась контролировать себя. Никто не должен заметить бурю, бушевавшую в ее душе. Если де Брюс что-то заподозрит, с ней будет покончено, она погибнет прямо здесь, а ее надежда покарать де Брюса за содеянные преступления так и останется неосуществленной. Все пойдет прахом.

Спокойствие! Она должна сохранять спокойствие. Еще не все потеряно. Ей нужен только миг, один-единственный миг, когда стражники отвлекутся. И если Нерта окажется у нее в руках, она сумеет выполнить свой план.