— Спасибо, Эйва, — сказала подруге, когда экран планшета мигнул и показал текст. Его было немного — как я поняла, краткая биография. Но то, что мне было действительно нужно, я обнаружила уже во втором абзаце. — Полковник, значит, — промурлыкала с довольной улыбкой. — Хорошо.

— А что хорошего? — не поняла Эйва. — Он все равно выше по званию нас всех.

— Конечно, — легко согласилась я. — И это было бы чертовски неприятным открытием, если бы мы захотели сцепиться с ним один на один. К счастью, у меня есть другая задумка.

— Правда? И какая же?

— Да имеется у меня на примете один генерал…

Вы только не подумайте, что я от этой идеи была в восторге. Наоборот, мне хотелось ругаться трехэтажным матом и биться головой о стену от перспективы пойти на поклон к отцу и умолять его как-то повлиять на аристократа, который, кстати, в МАРАП появился совсем недавно. Я привыкла решать проблемы своими силами, я умела это делать, и, черт подери, я в армию пошла не для того, чтобы сидеть под отцовским крылом! Но сейчас я просто не видела другого выхода.

— Я могу соединить вас прямо сейчас, — сказала Эйва.

— Нет, спасибо. — Я сунула планшет в карман брюк и встала из-за стола. Мне нужно было поговорить с отцом без свидетелей, и я не была уверена, что мой кабинет — походящее для этого место. Ведь если мы смогли установить прослушку у Танта, кто может гарантировать, что он не сделал того же у меня?

Но и офис МАРАП покидать я тоже не торопилась. Ведь кто знает, когда я смогу вернуться обратно. Официально мой пропуск не аннулировали, но при желании всегда можно что-то придумать. Например, устроить внеплановую проверку для подтверждения идентификации, которая в особо запущенных случаях могла длиться недели две. Ну или, учитывая мои обстоятельства, ровно до того момента, как Тант завершит выполнение миссии «Перехват».

И я решила не рисковать.

— Привет, Сташи! — вежливо постучала и только потом, после пригласительного кивка, вошла в стоматологический кабинет. Подруга сидела за столом и, судя по сосредоточенному лицу, раскладывала пасьянс. Не представляю, чем ее привлекала эта древнейшая карточная игра, но Эйва в свое время просто измучилась, пока установила ее на новенький Сташин планшет. — У тебя, как всегда, толпа народа, — с легкой ехидцей пошутила я.

Подруга улыбнулась в ответ:

— А что поделать, если у вас, нелюдей, такие потрясающе крепкие зубы. Если бы не плановые проверки, я бы здесь вообще мхом поросла. Но все-таки: какими судьбами ты оказалась в моем царстве? В котором, как я помню, витает запах, нагоняющий на тебя смертную тоску?

Тяжело вздохнув, я опустилась в кресло по другую сторону большого стола нашего штатного стоматолога и ответила:

— Я решила, что вряд ли кто-то станет следить за дантистом. А значит, вероятность того, что в твоем кабинете жучки, довольно невысока.

— Ах вот оно что! — с умным видом протянула Сташи. — Паранойя разыгралась? Бывает…

— Да что ты знаешь! — беззлобно огрызнулась в ответ и кратко пересказала подруге события первой половины сегодняшнего дня. Она выслушала молча, время от времени изображая своими удивительно подвижными бровями то изумление, то негодование. А под конец воскликнула, как это умела делать только она:

— Как они только посмели так поступить?! Это ужасно несправедливо!

Вот за что я люблю человеческих женщин (которых, к сожалению, знаю не так много, и все же): за их милую и очень прогнозируемую реакцию на подобные вещи!

— Ага, — хмыкнула, подпирая щеку кулаком, — жизнь вообще несправедливая штука.

— И что ты собираешься делать?

— Для начала попытаюсь убедить отца надавать лорду Маркусу по загребущим лапам и вернуть мне команду.

— Натравишь мэтра-генерала на лорда-полковника? О, какая ты коварная! — во весь рот улыбнулась Сташи.

Я скептически поджала губы:

— Хорошо, что ты использовала именно это слово. Потому что теперь план уже не кажется мне таким жалким. И коли мы все равно об этом заговорили, ты не возражаешь, если я наберу отца из твоего кабинета?

— А почему я должна возражать? — удивилась Сташи. — Наоборот, мне даже льстит, что я нахожусь в эпицентре такого уникального в своем роде скандала.

«Вот только скандала мне для полного счастья не хватало», — подумала я, стараясь, чтобы улыбка на лице выглядела максимально правдоподобной. Очень не хотелось, чтобы подруга поняла, каким ничтожеством на самом деле я себя чувствовала. Хотя вряд ли мне удалось бы долго это скрывать, учитывая, какой театр одного актера предстояло устроить на ее глазах.

Но как оказалось, не о том я переживала. Ведь со «спектаклем» меня ждал неприятный сюрприз: по какой-то причине отец не отвечал на вызовы. Мне пришлось оставить сообщение с просьбой перезвонить, и, хотя такую ситуацию нельзя назвать из ряда вон выходящей, настроение она испортила окончательно.

— Что такое не везет и как с этим бороться, — пробормотала я, на мгновение закрыв лицо руками, и уже хотела вытащить из уха наушник, когда услышала взволнованный голос Эйвы:

— Сержант, у нас проблемы. Тант созывает общий сбор.