Пружинисто вскочив на ноги, учитель обошел меня по кругу и, подойдя вплотную ко мне, приложил ладонь ко лбу, после чего переместил ее на шею.

– Проклятье...
– Отвязав веревку с покрышкой, он подхватил ее на руки, нисколько не напрягаясь, несмотря на вложенный в нее груз.
– Мы возвращаемся в Редзампаку.

– Но пробежка... еще не закончилась...
– Тяжело прохрипел я. Дыхание, ни в какую не хотело восстанавливаться.

– Восполним другими упражнениями.

Скрип гравия под подошвами, бегущего в нашу сторону.

Такеда. Такеда в качестве ездовой лошади, с немало весящим учителем на плечах.

– Ба! Кого я вижу! Ты все так же одеваешься, словно вышел из трехсотлетней эпохи... эм-м... ха...

Судя по-всему в знании истории, Джеймс Киба особо не блещет.

– Все так же тренируешь бездарностей?
– У учителя при этих словах заиграли желваки на скулах. Честно говоря, впервые вижу, чтобы учитель пребывал на грани между злостью и бешенством. Глубоко вздохнув, он вернул на лицо привычную маску дружелюбия.

– Ну, если мой ученик бездарность, то я не знаю уже кого тренировать тогда. Да и неинтересно тренировать самородки, итог всегда ожидаем! Вот сделать из неумехи бойца более показывает твое мастерство.
– Коэтсуджи улыбнулся, вызвав зубной скрежет у "старого друга".
– Тем более что ты слишком мягко относишься к ученику.

Судя по побледневшему лицу Такеды понятие "мягко" слишком далеко от истины в его понимании. Он еще в Редзампаку не был с ПЯТЬЮ садистами.

Тут меня повело в сторону.

– Кеничи?

Уже через слой ваты я слышал испуганный голос Такеда и обеспокоенный Коэтсуджи...

– Так ты понял, что с ним случилось?
– Голос Ма был наигранно спокоен.

– Могу сделать только предположение.
– Произнес Коэтсуджи, тихо позвякивая колбами со смешиваемыми лекарствами.
– Он меняется.

Ма оторвался от перебирания лекарств.

– В смысле?

– В смысле у него полностью изменяется организм. Как ты заметил с каждым днем препараты, что предоставила его мать Саори, все меньше и меньше дают результат. Организм привык, и теперь отторгает часть препаратов.

Внезапно в соседней комнате раздался грохот и падение чего-то тяжелого.

– Что случилось?

Утро не отличалось практически ничем, для обладателя самопровозглашенного титула "Сотого Дана" за исключением одной малой особенности. Он был весь на нервах, и причина данной эмоциональной подоплеки в настоящий момент обряженное в лохмотья больничного халата с полностью отсутствующим взглядом, раз за разом набрасывалось на него. Самым интересным аспектом было полное отсутствие жажды крови обычно сопутствующей таким атакам, словно нападавший ученик не просто хотел убить своего учителя, а делал это настолько равнодушно что...

– Акисаме! Будь ты проклят!
– Сио в очередной раз отправил в полет ученика.
– Ты что с ним сделал?! Я же тебя за это... Неплохой удар Кеничи!

– Сио успокойся! Лучше аккуратно скрути парня и помоги донести его без травм в мою больницу

– Легко сказать! Вы что с ним сделали? Впервые вижу у парня такие результаты в атаке!

Внезапно дверь общежития додзе отъехала в сторону и на улицу вышли ни о чем неподозревающие Мию и Ренка. При появлении новых персонажей подросток изменил цель атаки и низко пригнувшись, понесся на них.

– В сторону! Не вмешивайтесь!

Сио и Акисаме рванули, вперед понимая, что уже не успевают.

Темноволосая девушка успела только поставить блок как неожиданно сменивший траекторию, и буквально оказавшись за спиной девушки, нанес два резких удара. Глаза Ренки закатились, и она упала на землю.

Еще ничего не понимая, Фуринзи отпрыгнула в сторону, уклоняясь от атаки облаченного в белые тряпки, некогда бывшие больничным халатом.

– Кеничи что...
– в следующий миг Сирахама отлетел в сторону, получив удар в солнечное сплетение.

– Акисаме-сан что происходит? Что ...

– Живо хватай Ренку и уносите ноги! Все потом!

Оглушив начавшего подниматься на ноги ученика, они отнесли его обратно в больницу Акисаме.

– Папа что с ним?
– Ренка тяжелым взглядом сверлила нервничающего отца.
– Вы совсем с ума посходили? Что вы с ним сделали?

– Вот выпей это, и не мешай лечить! Ты то отделалась парой синяков, а вот...

– ПАПА! ДА ЧТО ПРОИСХОДИТ! Ус-с-с-с-с-с...
– тут же зашипела от боли Ренка.