Не очень похоже на известную шутку про то, как есть хочется, что даже переночевать негде?

— Ну… — девушки переглянулись, а я тотчас нацепил на лицо самую честную мину, на какую только была способна моя скупая мимика. — Хорошо, без проблем. Я сейчас принесу полотенце. Только ты разденься в прихожей, ладно? Мы в кухню пойдем.

— Спасибо! — от всей души поблагодарил я. — Ты даже не представляешь, как меня спасла. Я твой должник!

— Так что с вами произошло на самом деле? — спросила Татьяна, пока Сонечка отлучалась в комнату. — Вы и вправду ночевали в пещере?

— Ночевкой это назвать сложно, — надо было как-то уйти от скользкой темы и лучшим способом мне показалось скорейшее бегство в ванную, но требовалось потянуть время. — Как поживает ваш поклонник?

Учительница укоризненно вздернула тонкую бровь.

— Мы, кажется, договорились больше не поднимать эту тему?

— Ну, да, простите… Но все равно это интереснее, чем моя история.

— Сомневаюсь, — загадочно улыбнулась девушка.

Но тут вернулась Соня.

— Вот, держи, — она протянула мне полотенце и мужской халат. — Только не вздумай стирать вручную. Кинь вещи в машинку, я сама ее запущу потом, когда ты выйдешь. Мыться, когда она стирает, совершенно невозможно: вода то ледяная, то кипяток.

Полчаса спустя я, уже облаченный в пушистый махровый халат, наслаждался вкусным обедом из двух блюд, горячим чаем и обществом двух милых девушек. Все было бы прекрасно, но совесть мою глодала тревога за Женю: никаких следов обнаружить так и не удалось. И на связь он так и не вышел.

— Если тебе негде переночевать, ты можешь остановиться у меня, — предложила Соня, как бы между делом. — У меня надувной матрас есть.

Других вариантов ночлега не предвиделось, поэтому я с благодарностью согласился. Одной проблемой меньше.

В процессе поглощения обеда меня успели побеспокоить трижды. Сначала позвонила перепуганная Елена, которая дома не ночевала (интересно, а где она была?) и хватилась дочери только под утро. Она уже успела обзвонить все больницы в радиусе пятидесяти километров от города, а попутно и морги. Я дал ей координаты Льва. Пару минут спустя звякнул полуоглохший Еремицкий, отругал меня за раздачу кому попало его номеров и попутно сообщил, что с Яной все в порядке, перелома нет, и уже через пару-тройку дней ее выпишут. Напоследок на связь со мной вышел капитан Лоенко и виновато-извиняющимся голосом поведал, что квартира Ааронова таки была вскрыта этой ночью. Мол, необходимые меры были приняты слишком поздно, виновный понесет наказание, все дела.

— Замечательно, — я швырнул телефон на стол и стал прикидывать, кто еще мог бы огорчить меня сегодня.

Сонечка и Татьяна, которые минуту назад щебетали без умолку, сразу же затихли, словно мышки, и во все глаза наблюдали за незваным гостем. Мне стало неловко перед ними.

— Ничего страшного, — ответила Соня на мои сбивчивые извинения. — Мы видим, что у тебя проблемы.

— Да, есть такое дело, — признал я. — Вы новости не смотрели сегодня?

— Нет, не смотрели. Но через десять минут выпуск, так что, если хочешь…

Черт, как в воду глядел.

«Следователи пока не дают каких-либо комментариев относительно нападения на инкассаторскую машину, произошедшего в ночь на 3 февраля на трассе М-9, в результате которого был убит один сотрудник, еще двое получили тяжелые ранения. По имеющейся у нас информации, арендованный автомобиль перевозил материальные ценности, принадлежащие краеведческому музею города Младова, что в Тверской области — часть знаменитой коллекции Юрьевских. Напомним, два предмета данной коллекции были похищены в ночь с 13 на 14 января этого года неизвестными, проникнувшими на территорию Успенского монастыря в городе Младове, где располагалась временная экспозиция. Два уцелевших экспоната — золотой оклад иконы Божей матери Торопецкой и парадный доспех Федора Годунова — для дальнейших исследований были переправлены в Москву. Однако, как нам стало известно, вчера вечером поступило распоряжение о возвращении реликвий во Младов в целях…»

— Ну, что тут скажешь… Пи…дец.

Татьяна тихонько ахнула, но мне уже было не до ее чувств. Еще два предмета у громобоев. Архив Ааронова разграблен, это значит, обнаружение последнего схрона — дело времени. Очень недолгого времени. Если они впридачу ко всему смогли достать Женю… Черт, тогда город стоит на грани большой беды. А ведь еще вчера утром я так искренне верил, что все как-нибудь само наладится…

Решение, как это часто бывает с творческими, не обделенными талантами личностями (это я про себя, если что) пришло спонтанно.

— Вы сегодня будете в школе?

Татьяна в ответ испуганно замотала головой, а Сонечка ответила:

— Да, мне к часу. На шестой урок.

— Мне нужны ручка и бумага, — тут я понял, что говорю слишком резко и властно и поспешил добавить: — Пожалуйста.

— Держи, — все необходимое тут же перекочевало ко мне в руки.

— Знаешь Аяса Ганеева? — я спешно набросал на листке короткую записку. — Нужно передать ему вот это.

— Знаю, — Соня протянула было руку, но увидела, что я еще не закончил. — Передам. Времени уже двадцать минут, мне скоро выходить. Допиши, я пока переоденусь.