Никто из постояльцев в трактир так и не вернулся, поэтому Дерб обедал вместе со всеми в трапезном зале. Он занял половину стола и сидел на двух сдвинутых табуретах. Подавальщиков пришлось успокоить магией, потому что другие способы не действовали. В разгар трапезы в зал спустилась та парочка, которой помешал Клод. Мужчина усадил даму за стол, после чего подошел к нему, не обратив внимания на сидевшего в зале демона.

– Не скажете, откуда у вас такие манеры – врываться в чужой номер? – сердито сказал он юноше. – Жаль, что на вас медальон, а то я бы вас поучил вежливости!

– Ты все такой же скандалист, Юлиус? – спросила сидевшая за соседним столиком Хельга.

– Хельга? – уставился он на нее. – Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть!

– Это, господа, еще один мой кузен, – сказала графиня. – По поведению и отношению к нему родственников он немного похож на меня, но ему, как мужчине, многое прощают. У этого молодого человека, Юлиус, были все основания заглянуть в твою комнату. Одно из этих оснований сидит вон за тем столом.

Кузен Хедьги повернулся в направлении ее вытянутой руки и замер. Но его удивление длилось недолго.

– А я думал, что крики насчет демона – это чья-то глупая шутка, – сказал он, во все глаза рассматривая Дерба. – Да и не до демона мне было в тот момент.

– Все, кроме вас и хозяина, сбежали, а он запер двери и спрятался наверху, – сказал Клод. – Пришлось его искать. Приношу вам свои извинения.

– Это меняет дело, – кивнул он. – Позвольте представиться, граф Юлиус Альтгард! А это... Куда она девалась?

– Если вы о своей даме, граф, то она упала в обморок и лежит за столом, – сказал Робер.

– Пусть там пока полежит, – сказал Юлиус. – А то будет визгу... Кузина, представьте мне ваших спутников!

Хельга познакомила его со всеми, после чего граф, забыв о своей девушке, сел с ними обедать. Когда Юлиусу о ней напомнили, тот отмахнулся, заявив, что обмороки для девушек полезны, а они уже, можно сказать, расстались. Узнав, что вся компания едет в столицу, он заявил, что хотел бы присоединиться.

– У вас есть еще место в карете? Я путешествую верхом, а четыре дня в седле... Да мне потом декаду не будут нужны женщины! Кроме того, здесь столько очаровательных дворянок... Ну и, конечно, ваш демон! Кто, кроме меня, сможет похвастаться, что путешествовал в компании с демоном?

– А если я вас съем? – спросил вслух уже закончивший обедать Дерб.

– Уверяю вас, что во мне нет ничего вкусного, – засмеялся Юлиус. – Я для вас найду что-нибудь повкусней. Вы когда отправляетесь?

– Завтра после завтрака, – ответила Хельга. – Сегодня нужно пошить ему одежду. Сейчас должны подойти мастера.

– Тогда я, с вашего позволения, все-таки доставлю Паулу домой, а потом к вам присоединюсь.

Перед отъездом из Аржада многие поменялись местами. В малой карете из прежних пассажиров остались только Робер и Леона. К ним отправили профессора, который исчерпал все темы для разговора и уже не мог, как прежде, развлекать попутчиков своими рассказами. Несмотря на то что в малой карете было теснее и жарче, Йонас в нее перебрался бегом, пока никто не передумал меняться. В отличие от остальных, он к Дербу так и не привык. В малой карете теперь ехали и Баум с Кириллом. Маг открыл мальчику силы и научил мысленному общению, поэтому мог рассказывать ему о магии, не мешая другим. Обе графини пересели в большую карету к Клоду и Алине. Туда же сел и кузен Хельги.

Дербу сшили безрукавку и кожаные штаны с выступающей вставкой из более грубой кожи, которая скрывала его колючее мужское достоинство. Одежда сильно преобразила демона, сделав его больше похожим на человека.

– Тебе бы еще пошить какую-нибудь обувь, – сказал ему Клод. – Вид босых ног все портит. Только ее за несколько часов не сделаешь, поэтому придется потерпеть до Ларсера.

– Чем позже займемся обувью, тем будет лучше, – проворчал демон. – Никогда я ее не носил и не испытываю желания начинать. Мне и в одежде жарко и неудобно.

Говорил он уже вслух, переходя на мысленную речь только в тех редких случаях, когда не знал нужного слова или надо было что-то сказать кому-то одному.

Когда они уходили из трактира садиться в кареты, трактирщик на радостях прослезился.

– Зря вы так переживаете, милейший, – сказала ему Мануэла. – Вы еще отобьете у других самых выгодных клиентов. Все захотят поселиться в том трактире, который выбрал сам демон, или хотя бы прийти в него пообедать, чтобы потом похвастаться друзьям.

В магистрате их отъезду тоже обрадовались. Удостовериться в том, что они уезжают, приехал сам его глава барон Хинрих Гейдер. Он даже подошел к большой карете, не испугавшись сидевшего в ней демона, и принес извинения графиням.

– Кто же знал, что он у вас такой ручной! – говорил он Мануэле. – Понимаете, графиня, все мои действия были продиктованы исключительно заботой о благе жителей этого города! Прошу вас не держать на меня зла!

– Вы приготовили то, о чем я просила? – спросила она.