Шрифт:
– Не знаю.
– Я поеду на кампус, хорошо? А ты пока просветишь меня, что происходит?
Так мы и сделали. Бенедикт не сводил глаз с дороги, постоянно кивая в процессе рассказа. Его лицо оставалось неподвижным, руки лежали на десять и на два часа на руле. Когда я закончил, он несколько мгновений не говорил ничего, а потом:
– Джейк?
– Да?
– Тебе нужно остановиться.
– Сомневаюсь, что могу.
– Куча людей хочет убить тебя.
– Начнём с того, что я вообще никогда не был популярен.
– Правда, но в этот раз ты столкнулся с серьёзными каками.
– Ты профессор гуманитарных наук и используешь такие слова.
– Я не шучу.
Я и так знал это.
– Эти люди в Вермонте, - сказал Бенедикт.
– Кто они?
– Старые друзья в каком-то роде. В смысле, это самая странная часть всего этого. Джед и Куки оба присутствовали, когда я впервые встретился с Натали.
– А теперь они хотят убить тебя?
– Джед думает, что я как-то связан с убийством Тодда Сандерсона. Но я никак не могу понять, почему это его волнует и откуда он знал Тодда. Между ними должна быть какая-то связь.
– Связь между этим Джедом и Тоддом Сандерсоном?
– Да.
– Ответ очевиден, разве нет?
Я кивнул.
– Натали.
– Ага.
Я задумался.
– Первый раз, когда я увидел Натали, она сидела рядом с Джедом. У меня даже закралась мысль, а не встречаются ли они.
– Так вот сейчас это звучит, как будто у вас у троих есть какая-то связь.
– В смысле?
– Половые сношения с Натали.
Мне это не понравилось.
– Ты не знаешь наверняка, - слабо запротестовал я.
– Могу я сказать кое-что очевидное?
– Если хочешь.
– Я знаю женщин, - сказал Бенедикт.
– Рискну прослыть хвастуном, но некоторые даже назвали бы меня экспертом в этом вопросе.
Я сделал гримасу.
– Рискнёшь?
– Некоторые женщины - это ходячие неприятности. Ты понимаешь, о чём я?
– О неприятностях.
– Правильно.
– И, похоже, ты собираешься сказать, что Натали одна из таких женщин.
– Ты, Джед, Тодд, - сказал Бенедикт.
– Без обид, но этому есть только одно объяснение.
– И какое?
– Твоя Натали сумасшедшая шлюха.
Я нахмурился. Мы проехали ещё немного.
– У меня есть гостевой домик, который я использую, как офис, - сказал Бенедикт.
– Ты можешь остановиться там, пока всё не рассосётся.
– Спасибо.
Мы проехали ещё немного.
– Джейк?
– Да?
– Мы всегда сильнее всего влюбляемся в сумасшедших. Это проблема всех мужчин. Мы все заявляем, что ненавидим драму, но на самом деле это не так.
– Очень глубокомысленно, Бенедикт.
– Могу я спросить ещё кое-что?
– Конечно.
Мне показалось, что он сильнее сжал руль.
– Как так получилось, что ты увидел некролог Тодда?
Я повернулся к нему.
– Что?
– Его некролог. Как ты увидел его?
Я гадал, отразилось ли смятение на моём лице.
– Он был на главной странице сайта колледжа. Что конкретно ты пытаешься узнать?
– Ничего. Мне просто интересно, вот и всё.
– Я же тебе рассказывал об этом в моём кабинете. И ты подстрекал меня отправиться на похороны, помнишь?
– Помню. И теперь я подстрекаю тебя оставить это дело.
Я не отвечала. Мы ехали некоторое время в тишине. Потом Бенедикт нарушил её.
– Меня ещё кое-что волнует.
– Что?
– Как полиция нашла тебя в доме сестры Натали?
Меня волновал тот же вопрос, но теперь я понял, что ответ очевиден.
– Шанта.
– Она знала, где ты?
Я рассказал, что звонил ей, и что по глупости оставил одноразовый телефон. Если полиция может отследить ваш телефон по номеру (который, наверняка, определился у Шанты), следовательно, они могут отслеживать и одноразовый телефон тоже. Он всё ещё был у меня в кармане, и я раздумывал, не выкинуть ли его в окно. Нет нужды. Не по поводу полицейских я волновался больше всего.
После того, как президент Трипп попросил, чтобы я уехал с кампуса, я упаковал вещи в чемодан и положил их в офисе в Кларк Хаус. Меня мучил вопрос, мог ли кто-нибудь, я не знаю, следить за моим домом или офисом на кампусе. Это казалось излишним, но какого чёрта. Бенедикт хотел припарковаться подальше. Мы посмотрели, нет ли чего подозрительного. Не было.
– Отправим студентов, чтобы забрать твои вещи, - сказал он.
Я покачал головой.
– Один студент уже пострадал.
– Здесь не будет никакого риска.