– Как прикажете, – согласился Пузан, вытирая лоб большим клетчатым платком.

Подскочивший черненький парень схватил кофры и потянулся за сумкой, которую Роман повесил на свое плечо.

– Как вас величать? – спросил Роман, понимая, что имя его и отчество известны.

– Гамзат Расулович Стальский – директор ликеро-водочного завода! – представился Пузан, остановившись перед черным пятисотым Мерседесом, сверкающим как сапоги прапорщика, собирающегося в увольнение.

Аппаратуру и сумку поместили во вместительный багажник, а самого Романа на заднее сиденье, рядом с Пузаном.

Двадцать минут спустя, Роман уже снова садился в Мерседес, обнаружив на стоянке перед гостиницей мерина Саныча.

«Если напарник поселится в гостинице, то будет совсем не плохо. Можно будет имитировать случайное знакомство и внезапно возникшую дружбу», – обрадовано решил Роман, смотря, как автомобиль, протискиваясь по узким улочкам, направляется к морю.

Пузан, решив, что гостя надо развлекать, начал вводную лекцию:

– Дагестан расположен на северо-востоке Кавказа, между главным Кавказским хребтом и Каспийским морем. Большая часть территории занята трудно проходимы горами Большого Кавказа. У нас прекрасные буковые и дубовые леса, в которых водится помимо обычной живности пара десятка видов редких, живущих только у нас животных.

Решив, что с обзором животного мира Кавказа гость достаточно ознакомлен, Пузан перешел к историческому экскурсу:

– В древности население Дагестана входило в племенные объединения Албании Кавказской. Дагестан неоднократно подвергался нашествию иноземных захватчиков: персов, арабов, турок и даже татаро-монголов. В восемнадцатом веке Дагестан вошел в состав Российской империи, что не дало возможности Турции и Персии захватить страну, к чему они сильно стремились, – успел сказать Пузан, как автомобиль подъехал к одноэтажному зданию на которой пламенела огромная надпись: «Ресторан Дагестанец» и красовался джигит в черкеске, с двумя огромными бутылями.

Прямо за зданием располагался песчаный пляж и открывался великолепный вид прямо на Каспийское море.

Расположившись на веранде, которая находилась прямо над водой на высоте полтора метра.

С ходу усевшись за уже накрытый стол, начали «скромный» обед состоящий из трех видов шашлыка, пяти рыб и огромного количества горячительных напитков, от шести градусов Цинандали до восьмидесяти чачи.

Особой тяги к алкоголю сейчас Роман не испытывал, лениво слушая витиеватые тосты Пузана, который настойчиво подливал то в рюмку, то в бокал, рассказывая, какой у него замечательный завод и как счастливы люди, которые на нем трудятся.

– Я создал пятьсот семьдесят рабочих мест, что для нашего городка имеет огромное значение! – разглагольствовал Пузан, размахивая правой рукой.

– У вас странная фамилия, которая не совсем стыкуется с именем и отчеством, – заметил Роман, отпивая из бокала белого кахетинского вина, которое ему очень понравилось своим терпким вкусом.

– Фамилия у меня знаменитая. Такую фамилию носил мой прадед – знаменитый лезгинский поэт Сулейман Стальский, мир его праху, – возвел большие черные глаза Пузан вверх.

Несмотря на прилично принятое внутрь спиртное, Роман не чувствовал ни малейшего опьянения, чего нельзя было сказать о собутыльниках, лица которых все больше наливались кровью, а речь становилась все громче.

Сидевшие рядом с Пузаном маленький худощавый армянин и заросший до самых бровей дагестанец за два часа обеда не произнесли ни единого слова.

– Теперь давайте посмотрим завод! И перейдем от поэзии к делу! – предложил Роман, отодвигая от себя пустую тарелку.

– Но мы же еще не закончили обед! – немного обиженно сказал Пузан, переводя взгляд на армянина.

– Меня зовут Арик Навбалдян. Я главный инженер завода, – представился армянин, встав со стула.

– Комиссия приезжает только через три дня. Вы еще успеете ознакомиться с заводом! – привел последний аргумент Пузан, которому совсем не хотелось выходить из-за такого прекрасного стола.

– Работа прежде всего! – провозгласил Роман, бросая взгляд на бутылку белого Кахетинского.

Десять минут спустя, синий Шевроле, в котором сидели только Роман и главный инженер подъехали к настежь открытым воротам завода.

Из ворот одна за другой выезжали фуры Вольво.

– Завод еще не принят, а продукцию уже выпускают? – удивился Роман, на всякий случай запоминая московские номера автомобилей.

– Бизнес должен идти несмотря ни на что! – провозгласил главный инженер, протискиваясь вслед за последней фурой.

– Не боитесь ездить пьяным за рулем? – поинтересовался Роман, смотря как Шевроле, в сантиметре разминулась с задним бампером грузовика.

– У нас тут все свои! Все друзья и родственники! – весело ответил армянин, останавливаясь перед большим, сплошь застекленным цехом, откуда доносился веселый перезвон бутылок.