— И что тут самое странное, на твой взгляд? — практика клятого аберрационного анализа даром не пропала.

— Что-то необычное произошло. Настолько значимое… Чрезвычайное! На моей памяти общий сбор добровольцев объявляется впервые. Сам-то что думаешь?

— Думаю, действительно случилось ЧП. Недаром Елисей с небес сошёл.

— Елисей? — изумился он. — Бляха медная, да иди ты!

— Некуда идти, везде достанет.

— Точно знаешь, ничего не напутал?

Я усмехнулся с редким для себя чувством превосходства.

— Чего тут путать, Зондер, если лично куратора видел… Даже поговорили немного. В Зомбятнике дело было, после этого сюда и загнали.

Никогда бы не подумал, что особо маститый ветеран Метро способен настолько удивляться. Обычно эти парни, хотят они или нет, в общении с простыми смертными облами автоматически полагаются на достаточно выразительную актерскую игру. Отработанное поведение, даже в случае опасности держат масть, сохраняют лицо.

Сейчас Зондер был похож на мальчишку.

Продолжить увлекательный обмен недоумениями нам не удалось.

Пялясь согласно боевому расписанию в темноту остающегося позади метротоннеля, я остался недоволен освещением и включил чудо-часы. Благодаря им и заметил вовремя мелькнувшую в свете кормовых фар зловещую тень.

— Зондер, нас крыс догоняет!

— Сколько? — не обернувшись, немедленно уточнил он.

— Пока один… Сука, два! Три, ёлки!

— Да и пусть бегут, дальше состава не выбегут… Готовься косить.

Наверное, он был прав в своём спокойствии — что они могут нам сделать? Клетка головной машины настолько крепка, что и бегемот не развалит.

— А мясо на платформе?

— Мясо? Чёрт, ты прав, сожрут, сволочи хвостатые! — теперь и он разволновался. — Так! Прибавляем ход, сейчас будет ветка направо, остановимся.

— Ты с ума сошёл?!

— Стёпа, ты стволы готовь, а?! Всё будет пучком. Там отражать удобно, въезд узкий… Бока прикроем, чтобы не окружили на бегу.

Дизель взревел, состав с грохотом пошёл быстрей. Почти помчался! Хорошо, что выхлопная труба дрезины выведена наверх, не приходится дышать завихрениями вредного выхлопа. Зомбятник — среда экологически чистая, лёгкие давно освободились от копоти, поэтому всякие диоксины, газы и гарь чувствуешь сразу, а реагируешь очень болезненно.

Твари догоняли.

Дело плохо… Это даже не стая, настоящая толпа крыс гналась за составом!

— Не меньше двенадцати!

Зондер громко выматерился и неожиданно начал снижать скорость. Я опомнится не успел, как он, на ходу вытянув в сторону железный крюк, за что-то дёрнул. Тепловозик, звякнув на стрелке, резко нырнул направо, забиваясь в узкий вспомогательный туннель, и почти сразу остановился. Двигатель затарахтел на холостых.

— Видишь их?!

Я не смог ответить, с холодящим душу изумлением глядя, как группа здоровенных крыс проносилась по основному тоннелю мимо, не обращая на нас ни малейшего внимания. Чёрные, размытые в заполошном беге силуэты — цепочкой…

— Они мимо пролетели, прикинь!

— Что-о?! Твою ты мать… Выходи из машины! Пулей!

В этот момент я подумал — вот и смерть пришла. Сейчас выйду, и мне откусят башку. Однако Зондер показал пример, выскочив первым.

— За мной, один не справлюсь!

Массивные створки решётчатых ворот впереди были без особых хитростей прикручены друг к другу на два болта… С обратной стороны имелись две здоровенные щеколды, сейчас открытые. Свет фар тачанки высвечивал пугающую сероватую пустоту, ожидающую нас в непонятном тоннеле. В лицо тянул слабый ветерок.

— Крути, мля, брат, как самый главный болт в жизни!

Протянув мне два большущих гаечных ключа, он метнулся назад, выглядывая в основной тоннель, и тут же вернулся, с яростью начав откручивать второй болт. Я тоже старался, неумело орудуя непривычным инструментом, ругаясь сквозь зубы и до крови сбивая костяшки пальцев.

— Ещё одна стая прёт! Зверьё в шоке! — выдохнул он, вытирая пот с лица. — Всё очень плохо, очень…

Да что же там такое?

— Там червь?!

— Какой в задницу, червь, откуда он здесь возьмётся… Открываем, и в машину!

Навалились на дверь. Открыли!

От страха я был готов толкать состав руками! Зондер втянул состав в незнакомый тоннель, но створки закрывать не стал.

— Пошли, глянем…

— Смерти нашей хочешь? — зло бросил я.