— Парни, — обернулся я, — «пригасите» его.

Марся тотчас злорадно зашептал Олегу:

— Слышь, любимец женщин, а ты в курсе, что до свадьбы наш командир был бабником похлеще тебя?

— Да ладно? — усомнился Олег. — С его-то рожей.

— Я тебе как первый свидетель говорю. На него такие телки западали, по сравнению с которыми твоя зазноба — прыщавый подросток! Ты думаешь, для чего она его в другую комнату повела? Что? Тут она его «оприходовать» не могла?

Я оглянулся. На Олега было жалко смотреть…

Выведя меня в соседнюю комнату, Яга велела мне раздеться по пояс и лечь на живот.

— Куда лечь? — поинтересовался я.

— На пол, капитан.

Усевшись на меня сверху, она растерла мне спину и руки.

— Крест и цепочку сними, — велела Яга.

— Зачем?

— Они будут бороться с моим колдовством.

Я послушно снял цепь с крестом и положил в нагрудный карман куртки.

— Рисунок будет таким большим?

— Да, у тебя полоз. Он захватит всю спину и руки. И учти, капитан, будет очень больно. Когда я перейду на спину, ты, скорее всего, потеряешь сознание. Готов?

— Как пионер! Орать можно?

— Даже нужно.

Яга обмакнула рукоятку черного ножа в смесь моей крови и зелья и нанесла мне на руки и спину контур змея. Когда смесь подсохла, она начала вырезать ножом на коже, не выходя за первоначальный контур, более подробный рисунок. Самое удивительное — крови не было. Я выгнулся и тихо застонал. Яга, не обращая на это внимания, продолжала «рисовать». Когда она закончила с рисунком на руках, я уже вскрикивал.

— Теперь — спина, — пробормотала она. Когда лезвие коснулось правой лопатки, я заорал и вырубился.

— К-а-а-а-а-п-и-и-и-и-т-а-а-а-а-н, — около пяти секунд звал меня некто.

Я открыл глаза и резко поднялся. Напротив меня сидел Кощей. Увидев, что я очухался, он начал расплываться в улыбке. Улыбка появлялась тоже медленно. Он все делал медленно, даже моргал. Я видел, как, не спеша, закрываются и открываются его веки.

— Ты как? — с той же гипертрофированной прибалтийской неторопливостью спросил он и медленно добавил: — Только отвечай очень медленно.

— Нормально, — изображая из себя горячего эстонского парня, медленно, как смог, ответил я.

— Сейчас проверим, — в том же темпе сообщил Кощей.

Плавно, как при начальной отработке приемов, Кощей нанес мне удар в челюсть. Я видел, как чуть повернулся его кулак, видел, как от плеча начался удар, и сразу предугадал его направление. Не мудрствуя лукаво, я просто ухватил его за кисть, дернул вперед, придав ему ускорение, и когда он начал ускоряться, обежал его, зайдя за спину, и незамысловато отвесил несильного пенделя.

Послышались медленные аплодисменты. Оглянувшись, я увидел Шурале.

— Молодец, капитан, — как и Кощей, Шурале говорил в замедленном темпе.

— Хорошо! — подтвердил Кощей. — Пошли к остальным.

«Забег к остальным» у этих двух я выиграл с большим преимуществом, хотя шел медленно.

— О! — раздался голос Марси, слава Богу, говорящего в нормальном темпе. — Большой Змей проспался. Ты чего так долго?

— Не знаю, меня только подняли. А ты почему нормально говоришь?

— Так все парни разговаривают нормально. Это только местные говорят, как укуренные прибалты, и двигаются, как раненые эстонские борзые. Ох, и разрисовала тебя Олегова зазноба!!! — восхищенно протянул он.

Я посмотрел на свои руки и вздрогнул. Левую кисть обвивал хвост змеи черного цвета с широкой золотистой полосой, идущей вдоль тела. Змея тянулась по левой руке и уходила на спину, откуда переходила на правую руку. На кисти правой руки расположилась ее огромная голова. На месте порезов, нанесенных Ягой, появился рисунок, выполненный с такой точностью, что я мог разглядеть каждую чешуйку на шкуре полоза. Рисунок был объемным, и, когда я слегка подвигал рукой, у меня сложилось ощущение, что полоз двигается по руке. Рассматривая его голову, я поймал себя на мысли, что глаза полоза внимательно следят за мной.

— Повернись, — скомандовал Марся, — ё-ё-ё-ёжики мохнатые!!! Твой полоз занял всю спину, нет ни одного свободного участка. А у меня зацени!

Он повернулся спиной, и я сделал шаг назад.

— Что, Санек, страшно?!! — самодовольно воскликнул он. — Олег с Ильдаром тоже шарахнулись.

Вепрь на спине Марселя был выполнен с тем же пугающим реализмом; создавалось ощущение, будто он не только следит за тобой, но и вот-вот прыгнет и поднимет тебя на клыки.

Подошел Ильдар, поохал над моим полозом, показал своего волка. Волк был как живой, но не агрессивный. Мудрым был волк Ильдара.