Шрифт:
Как долго придется мне служить Омфале?
– убитым голосом вопросил Геракл.
Три долгих года продлится твоя служба!
– ответил Зевс.- Запомни ровно три года - и ни дня меньше! Даже не думай о досрочном освобождении!
Три года...- прошептали губы Геракла.- Но хоть болезнь не будет мучать меня?
Ты что, торговаться вздумал?
– грозно произнес голос.
Ты что, отец,- жалобно ответил Геракл.- До того ли мне?
Смотри!
– пригрозил Зевс, но затем смилостивился: -Отступит твоя болезнь!
Вздохнул с облегчением измученный Геракл.
Помните, сыновья!
– сказал Зевс на прощание.- Будете ссориться - изведаете еще мой гнев!
Обещаем тебе, отец,- ответили Аполлон и Геракл в один голос.
Но смолк уже Зевс.
Ну что?-спросил Аполлон.- Допрыгался?
Отстань,- лениво произнес Геракл.- И без тебя тошно...
А в голове сидела мысль - он снова здоров! И по сравнению с этой мыслью детской забавой представлялось Гераклу ожидающее его рабство.
Аполлон пристально посмотрел на брата.
Знаешь,- сказал бог,- давай, в самом деле, перестанем ссориться...
Не знаю, как это у нас получится,- с улыбкой ответил Геракл,- но попробовать можно!
Братья обнялись в знак примирения.
Тебе нужно отправляться в Лидию к Омфале,- сказал Аполлон.
Да,- кивнул Геракл.- И самому себя продать в рабство.
Ты прямо туда сейчас и пойдешь?
– спросил бог.
Нет,- отрицательно помотал головой Геракл.- Сперва домой. Надо предупредить жену - я ведь буду отсутствовать дома три года! А потом уже - к Омфале...
Слушай, я тебе могу помочь!
– с внезапным воодушевлением произнес Аполлон.- Я поговорю с Гермесом! Он мой, а значит и твой брат, у меня с ним прекрасные отношения. Наш старик его нагулял,- Аполлон ухмыльнулся и понизил голос до шепота,- с богиней Майей. Гермес - покровитель торговли, а также хитрости, изворотливости и немножко - обмана! Да само небо велело ему заняться этим! Он живо обтяпает твое дельце! При его способностях ты не будешь продан за бесценок, Гермес потребует у Омфалы кучу денег и в один миг отнесет их на своих крылатых сандалиях Эвриту. Таким образом, совесть твоя будет спокойна - царь получит огромный выкуп за погибшего сына!
А я даже не увижу этих денег,- вздохнул Геракл.- А так порой хочется знать, какова тебе цена...
Аполлон рассмеялся.
Не переживай!
– хлопнул он брата по плечу.- Гермес надорвется, когда будет нести мешок с выкупом! Ну что, я хоть в какой-то мере развеял твою печаль?
* * *
«Опять рабство!» - с тоской думал Иолай.
Они с Гераклом возвращались в Тиринф; сын Зевса был весел и даже насвистывал какие-то мелодии, настроение же Иолая было подавленным. Однако, верный спутник Геракла даже в мыслях не допускал, что сможет оставить друга одного в новом испытании.
Ну что, значит, нас ждет трехгодичное путешествие в Лидию?
– бодро проговорил Иолай.
Да!
– непроизвольно отозвался Геракл.
Секундой позже до него дошло, что хотел сказать его приятель, и Геракл спросил друга:
Ты что же, решил сопровождать меня?
Конечно, как же иначе?
– пропел Иолай.
Геракл покачал головой.
Нет, ты не пойдешь со мной!
– возразил силач.- Останься с моей женой и присмотри за ней, так будет лучше для тебя, да и я буду спокоен!
Иолай же возразил на эти слова:
Нет, нет и нет, Геракл! Не мужской это удел - сидеть дома. За женой твоей пусть смотрят слуги, я же пойду с тобой! Вот так! Куда ты - туда и я!
Геракл у Омфалы
Полгода уже служил Геракл у Омфалы, царицы Лидийской. После того, как умер Тмол, муж Омфалы, стала единолично править Лидией царица и вершить все дела.
Гераклу отвели тесную каморку во флигеле дворца, и каждое утро должен был он бежать в покои гордой царицы, чтобы исполнять ее распоряжения.
Иолай нанялся к Омфале в качестве слуги и также стал жить во дворце, однако ему отвели комнату получше. Верный друг вначале хотел поселиться вместе с Гераклом, но царица отказала ему в этом.
– Никто не должен жить вместе с рабом!
– сказала юноше Омфала.
Иолай и Геракл видели друг друга изредка, но утешали себя тем, что при встрече всегда могли перекинуться парой-тройкой веселых фраз и подбодрить друг друга.
Геракл знал, что Гермес выторговал у Омфалы большие деньги. Долго вел переговоры хитрый бог торговли, пока ему удалось выманить у царицы задуманную сумму.