Шрифт:
– А вы неплохо владеете русским языком, – заметил Никулин.
– Спасибо. Я почти всю жизнь прожил в России. Горец я только по рождению. Вы, конечно, слышали о трагической гибели офицера ФСБ Казарьянца?
– Да, это передавали по новостям, – машинально ответил Никулин.
– Именно благодаря нему вы сейчас не можете обратиться за помощью к группировке Сыча. Ее мы, кстати, уничтожим уже в ближайшие дни. В частности, сегодня ночью в тюрьме убьют вашего бывшего соседа по камере, Козыря.
– И вы так открыто мне об этом говорите?
– Разумеется. Вы же не станете спасать человека, который только и мечтает о том, как бы выйти и вас зарезать.
– Вы все рассчитали, – процедил Никулин.
– И даже то, о чем вы не догадываетесь. Умейте достойно проигрывать, Павел Игнатьевич. Радуйтесь тому, что мы оставляем вам жизнь, тогда как Сыч гниет в земле.
– Какую цену вы намерены мне предложить за мою собственность?
Кавказец назвал цифру. Она была, как минимум, вдвое ниже реальной стоимости всего никулинского бизнеса.
– Вы с ума сошли! – возмутился Павел Игнатьевич.
– Напротив – это очень щедрое предложение. Если вы будете упорствовать, то цена упадет.
– Хорошо, позвольте мне подумать.
– Конечно. Через десять дней я с вами свяжусь.
– Скажите – могу я встретиться с тем, кто все это придумал? – неожиданно для самого себя спросил Никулин.
Кавказец покачал головой.
– В этом нет необходимости.
Павел Игнатьевич в целом сумел (правда, слишком поздно для себя) разгадать комбинацию неведомого режиссера, но так никогда и не узнал, что кавказец, беседовавший с ним, был тем же самым человеком, которого покойный Казарьянц знал под псевдонимом Посредник…
Глава двадцать первая
Рига, зима 2004 года
Оксана Огородникова
На ежегодный международный бизнес-семинар в Прибалтике я решила поехать впервые. Как-то не верила, что это мероприятие может принести реальную пользу; считала все эти посиделки с дискуссиями в красивых актовых залах пустым делом. Но на сей раз в пригласительном листке значилось, что семинар почтят своим участием руководители крупнейших европейских корпораций. И я решилась. Ехать одной страшно не хотелось. Раньше меня во всех таких поездках сопровождал Носков. А теперь… Жанночке я почему-то инстинктивно не доверяла и в последние пару месяцев искала только повода, чтоб от нее избавиться. Ответ пришел сам собой – ехать нужно с Сашей. Поначалу он, выслушав мою идею, только засмеялся.
– Я? Но какой из меня помощник? Я ничего не смыслю в бизнесе. По крайней мере, на том уровне, какой требуется для участия в таком мероприятии.
– Да брось ты, Саша, – сказала я. – Вечно ты на себя наговариваешь. В конце концов, это же не научный симпозиум. Мне, скорее, нужен человек, который разбирается в людях, а не в бизнесе. На подобных сборищах частенько завязываются деловые контакты. Просто я редко этим пользовалась.
Он вздохнул.
– Ну, если это тебе поможет, тогда конечно…
Получалось так, будто я его использую. А признаться, что он стал мне нужен, просто необходим в последнее время, я еще не решалась.
И мы, оформив визы, вылетели в Ригу…
Расписание семинара предполагало довольно интенсивную программу для участников. Правда, не все мероприятия стоило, в принципе, посещать.
Оксана в первый же день набралась смелости и подошла в перерыве между выступлениями к Джорджу Стекхерсту, наследнику крупнейшей в Великобритании финансовой империи и главе компьютерной корпорации « ГЛОБАЛ СИТИ». Ее английский вполне позволял ей вести беседу и понимать всё, что говорит ей знаменитый собеседник. Но каково же было удивление Оксаны, когда после нескольких вступительных фраз мистер Стекхерст заговорил на сносном русском.
– О, госпожа Огородникофф! Я слышать о вас, йес. Интернет, рашн сайтс… Вы из Москва? Компания «ОКО»? О, вы очень успешны… Я буду в Москва через…, – он принялся беззвучно шевелить губами, что-то высчитывая. – Через шесть месяц. И мы с вами… Встре-тим-ся. О'кей?
Взяв из рук Оксаны визитку, он бережно опустил ее в нагрудный карман пиджака. Уже ради одного этого, подумала Оксана, стоило ехать на семинар. Если бы удалось уговорить Стекхерста вложить средства в развитие «хай-тека» в России…
Оксана вернулась в гостиницу усталая, но довольная. Жуковский «сорвался» пораньше – он уже откровенно зевал, слушая бесконечные речи выступавших, посвященные перспективам евро, котировкам акций нефтяных компаний и неустойчивости индекса Доу-Джонса.
Открыв номер, она оставила сумочку на кровати, вышла в коридор и сразу постучалась в соседнюю дверь, к Жуковскому. Тот пригласил ее войти. Улыбнулся с таинственным видом.
– Я приготовил тебе сюрприз, – произнес он. И вынес из соседней комнаты вазу с цветами.