Тоже мне, нашёл с кем сравнить!

– Думаешь, не похож? Ой!
– тут же воскликнул полковник, машинально выдёргивая из уха и отбрасывая передатчик, через который я его слегка шибанул током.

А нечего дразниться!

– Проклятье! Ты это сделал специально!
– воскликнул он, сдвинув "намордник" и тут же закашлялся.

Дым немного рассеялся, но вентиляция заработала лишь пару минут назад, видимо технической службе надо было основательно подготовиться. Всё-таки нервнопаралитический газ - не та смесь, которую стоит стравливать под купол. Экологический надзор на планете стоял вровень с другими спецслужбами, даже выше той же полиции.

Впрочем, это не мои проблемы!

– Вы, полковник, мне зубы не заговаривайте, не поможет.

– И в мыслях не было!

– Ага, а чего тогда ногой по тревожной кнопке морзянку барабаните? Думаете, кто-нибудь услышит? Лучше бы чечётку сплясали, и то больше толку!

– Эй, ты что, и провода отключил?! Как ты это сделал?! А ну, отвечай!
– Шевчук вновь закашлялся.

Эти визги я проигнорировал.

– Что с майором?! Эй, я с тобой разговариваю, или нет?!

– Господин полковник, у вас что, истерика?

– Да как ты смеешь?!
– офицер вновь подавился кашлем.

– Бу-бу-ду-ду-ду-у, - через некоторое время промычал он, не снимая маски.

– Чего-о?

– Что ты сделал с Никольским?!

– А чего, нормально стоит.

Я только сейчас заметил, что застывшая фигура майора чем-то неуловимо напоминала скульптуру Ивана Шадра "Булыжник - оружие пролетариата".

Нет, офицер не согнулся в три погибели, его спина была пряма, а движенья размерены и скупы... Но... как бы лучше сказать?.. Сама кульминация... Небольшой, но энергичный поворот корпуса, левая рука чуть вперёд, правая за спину... Застывшая сила и стремительность... Сама смерть... Лишь мгновения не хватило воину, чтобы пустить в ход оружие.

В общем, это надо было видеть.

Вот поставить бы эту "статУю" в каком-нибудь музее...

– Слушай, Алексей, а как ты это делал?

– Что?

– Да вот всё это... И электронику отрубил, и провода...

– Не знаю, наверное, природный талант.

Полковник удивлённо воззрился на меня. Так мы и смотрели друг на друга несколько секунд.

– Да ты что, издеваешься?!
– взревел Шевчук громче корабельной сирены.

Вот и поговорили по душам.

В дверь тут же сунулись десантники, а я вновь спрятался за тумбу, но полковник двумя энергичными взмахами руки выпроводил всех вон.

– Что с майором?!
– послышалось уже из-за двери.

Дался им этот "монумент"!

– Слышь, "разморозь" Никольского. Что, жалко что ли?
– попросил хозяин кабинета.

Вот так бы сразу, а то, ишь, раскомандовались!

Вновь обретший подвижность, зрение и слух, засыпанный по "проснувшейся" связи вопросами подчинённых майор на несколько мгновений выпал из реальности.

– Так как, Сергей Семёнович, может, поговорим, как взрослые люди?!
– воспользовавшись передышкой, обратился я к полковнику.

– Взрослые, говоришь?.. Давай перейдём в другую комнату!
– Шевчук попытался подняться, но я лёгким хлопком по плечу отправил его обратно в кресло.

– Эй, ты что себе позволяешь?!
– взвился оклемавшийся майор.

Блин, и этот туда же! Вот и делай после этого добро людям! Я глянул на него, как Ленин на буржуазию.

– Вот что, господа офицеры, давайте не делать резких движений! Мне здесь нравится. К тому же газ почти улетучился, ещё пара минут, и от него останутся только неприятные воспоминания...

– Ты ж говорил, что он тебе нравится?!
– блеснул остроумием полкан.

– Так я ж не про себя. Мне это всё похрену!

– О нас заботишься?

– Конечно. Тут стены уже дырявые, ни к чему портить другие помещения.

Полковник замотал головой.

– Слушай, Лёш, у тебя с мозгами всё в порядке? Разговаривай со мной кто-нибудь другой подобным образом, я б решил, что он - псих.

Самое время сделать "квадратные" глаза:

– А что, разве я не предупреждал?

Шевчук сперва вытаращился на меня, а потом весь затрясся и задёргался в кресле, булькая в свой "намордник".

Я тут же сорвал "хобот", думал ему плохо, а этот гад просто надрывался от смеха. Ухахатывался...

Сволочь!

Ничего не оставалось, как сесть напротив и ждать, пока этот клоун нахохочется. А что ещё делать, если ему смешинка в рот попала, остановиться не может?

– Что ты хочешь?
– вдоволь насмеявшись, спросил хозяин кабинета.

– В смысле?