Клава?

– Хы! А как ты это себе представляешь?

Бандерлог вообще впал в полный ступор.

Не-е, ну надо ж предположить такое, чтобы я с этим крокодилом... то есть крокодилой...

"По улице ходила большая крокодила, она, она... в пупырышках была!"

Сколько к тому времени мы были знакомы с Кваии... в общем, дальше мне её имя ни за что было не выговорить, потому что там следовало пара щелчков и ультразвуковой перелив... Короче, я назвал её Клавой, она, вроде, не обижается... Попробовала бы обидеться!

В конце концов, я же спас ей жизнь, когда она, чуть живая, вывалилась на берег с оторванной левой задней лапой и отгрызенным хвостом. А в другую заднюю уже готова была вцепиться выскочившая следом саламандра. И тут Клава возьми и проверещи на своём что-то такое жалобное... Я в их языке тогда совсем не разбирался... Ну я и влепил вражине заряд меж глаз. По-хорошему, надо было б добить и это недоразумение, но я пожалел Клаву. Пригрел на груди эту... саламандру... подколодную.

А она что мне тут недавно учудила. Вышел я, понимаешь, поутру на променад до ближайших кустиков... не в корабле же мне гадить... Можно, конечно и в утилизаторе, он всё испепелит и следа не останется. Однако, ценную энергию надо экономить, иначе её на зарядку батарей для бластеров не хватит. Реактор-то давно сдох, ещё при катастрофе, это в накопителях ещё что-то осталось. Вот только, надолго ли? А то очередное нашествие местных аборигенов придётся встречать уже не с "горячим", а с холодным оружием.

Ну да ладно, поживём - увидим...

Так вот, вышел я тем утром на улицу, иду, значит, по высокой траве. Тут мне раз, и какая-то б... в общем, кто-то очень нехороший... вцепляется в ногу. Дёргаю ей, а это юная саламандра... не знаю уж, какого полу, мужского или женского... или он у них позже проявляется... Да мне-то, какая разница, кто кусает за палец, мальчик или девочка. Да ещё так крепко вцепился. Тут я, как поддам паршивца, что он несколько раз перекувырнулся в воздухе, прежде чем шлёпнуться в воду.

И тут рядом выныривает Клава:

– Ква-ква... В чём дело?

Я ей, как могу, пытаюсь объяснить, мол, твой спиногрыз мне чуть палец не отгрыз. Уйми, женщина, мелкоту по-хорошему!

А она мне:

– Дорогой, но это же наши дети.

– Чё... Чё... Чего-о?!
– у меня от такой заявы аж дыхание перехватило.
– С каких это пор они "наши"?! Ты их прижила от посторонних мужиков, а я о них должен заботиться?!

– Но ведь ты это делаешь?

Блин! И возразить нечего, тут она кругом права. Я не давал нападать на детвору бандерлогам, а с речными тварями она сама справлялась. Но, если попадался слишком сильный кваб, я приходил на помощь, и мы потом вместе делили добычу. Правда, во время нереста, я давал самцам выпустить молоки и пускал в ход пистолет только по сигналу Клавы. Иначе, откуда бы тут появилось её потомство.

– Ты, главное, хвостом чаще маши, - напутствовал я боевую подругу, - а то вас там в воде толком не различишь.

Да, насколько саламандры медлительны и неповоротливы на суше, настолько они стремительны и изворотливы в воде. Там, в клубке сцепившихся тел, и не разберёшь кто где и чья берёт. А пристрелить по ошибке Клаву... всё-таки она тоже спасла мне жизнь... По крайней мере, один раз точно...

Это было в самое последнее нашествие бандерлогов. Обезьяны тогда ухитрились скрытно подобрались вплотную к звездолёту. Мой сон, конечно, чуткий, но не настолько, а гадская система безопасности уже в который раз лопухнулась... или она намеренно саботажничала, после того, как я перевёл эту дармоедку... энергии она жрёт немерено... в экономичный режим.

Не знаю, чем кончилось бы дело, но клава метнула илаю - так они называют половинки двустворчатых раковин, метко попав в кого-то из веши. Поднялся шум, плеск - бандерлоги принялись пулять в воду дротики. Наверное, подумали, что я там сижу.

А я-то не там, я здесь. Выскочил на них, как медведь из берлоги. Правильно говорят: не будите лихо, пока оно тихо. Макаки и мяукнуть не успели, как их на три особи стало меньше. А дальше вообще началось форменное избиение.

Грёбаная охрана наконец-то включилась, и мне моих врагов стало видно и в тепловом, и в ультрафиолетовом, и во всех прочих диапазонах. Какой пожелаешь. Прямо, как в фильмах "Хищник 2" или "Неземная". Только сориентироваться, где ты, а где корпус корабля, а дальше, как в тире. Своеобразная "стрелялка", только всё в реале, в кромешной тьме. И ещё, каждая "мишень" так и норовит запустить в тебя дротиком. Ночью, ведь, эти гады видят ничуть не хуже меня.

Вот только, как у ковбоя, мой "револьвер" был быстр, а "обоймы" полны. И в конце концов всё кончилось, как всегда - с дикими воплями уцелевшие враги бежали. А я беспощадно добил раненых, бросив на съедение Клаве и народившийся мелкоте. Квабы - они такие, хоть размером с палец, а уже хищник, ловит и сжирает всяких жучков-паучков. А сейчас мамаша рвала добычу на мелкие части, разбрасывая вокруг, чтобы ребятня тоже полакомилась.

– А ты?
– вопросительно уставилась она на меня.

– Не-е, - помотал я головой.

Я не ем бандерлогов... Не потому, что они относятся к приматам и братьям по разуму... Вот "жабы", те тоже разумны, и что теперь? Они могут охотиться на меня, а я - нет? Не-е, так не честно. Как там говориться: "Какой мерой меряете, такой и вам отмерено будет". Хотели меня съесть? Фиг вам, я это сделаю первым!

Просто тут насмешка судьбы. Вроде бы ближе должны быть обезьяны, но больше всего нападений именно от них. А саламандры - совсем чуждые создания, но сними... по крайней мере, с одной из них... я смог наладить пусть и не дружеские, но хотя бы добрососедские отношения.