Позже Елизар Избрант вместе с Францем Тиммерманом руководил казенными верфями в Переяславле, Воронеже и Архангельске. Избрант был комиссаром от Адмиралтейства на верфях Архангельска, выступал при строительстве кораблей в Воронеже в качестве подрядчика для русских купеческих и дворянских «кумпанств» [104] .

В. А. Ковригина уточняет обстоятельства смерти Избранта в 1708 году: «<…> умер в Вологде на полпути между Москвой и Архангельском. Его заводы были конфискованы, как и дворы в Архангельске и Москве, причем двор на Чистых прудах стоимостью 800 руб. в 1713 году был отдан безденежно любимцу Петра I кухмистру Яну Фельтену» [105] .

Создание Избрантом предприятий в Глинках положило начало промышленному освоению реки Воря, на которой впоследствии строились плотины, устанавливались мельницы, обслуживавшие предприятия. Елизар Избрант выстроил у Глинок две плотины, а чтобы предприятия обезопасить в случае разлива реки во время весеннего паводка, он создал водоотводной канал на реке Воре таким образом, что образовался остров, где и располагались предприятия. Еще один водоотводной канал прокопали ниже по течению Вори, чтобы не допускать затопления поймы Вори и Клязьмы при соединении этих рек. Каналы сохранились до настоящего времени и сейчас выполняют функции водоотвода.

Пороховой завод Избранта в Глинках ежегодно поставлял в русскую армию до десяти тысяч пудов пороха, оружейный — восемь тысяч ружей.

В окрестностях Глинок в это время появляются и другие предприятия.

В 1704 году на реке Воре в районе деревни Савинки (Саввинское) был создан пороховой завод купца Пороховщикова. Он поставлял в артиллерию по контракту четыре тысячи пудов пороха. Пороховщиков арендовал земли у Лопухиных, имевших рядом с деревней усадьбу на правом берегу реки. Завод Пороховщикова располагался в полверсте от усадьбы вверх по течению реки.

В 1708 году на берег реки Клязьмы в версте от Глинок был переведен Московский кожевенный двор и создана Казенная лосиная фабрика, занимавшаяся изготовлением обмундирования и амуниции для русской армии.

В начале XVIII века в селе Успенском, входящем ныне в черту города Ногинска (Богородска), на реке Клязьме был основан еще один пороховой завод Ф. Аникеевым. Его мощность определялась в четыре — шесть тысяч пудов пороха в год [106] .

Вслед за ним на реке Клязьме появляется Обуховский пороховой завод английского купца и коммерсанта Андрея Стельса, пользовавшегося особым расположением Петра.

Знакомство Петра со Стельсом отмечено в «Юрнале» — путевом журнале Великого посольства. Оно состоялось 31 января 1698 года. Запись гласит: «В 31 день были у Андрея Стелса и у него кушали и приехали домой веселы», затем в феврале «в 23 день были у Стелса, и у Кармартена ночевали» [107] .

М. М. Богословский отмечает, что уже тогда Стельс вел торговые дела с Россией, и приводит выдержку из «Юрнала» в редакции Гюйссена: «У сего Стельса есть в Москве сродники домовитые и богатые» [108] .

В дальнейшем в ходе Великого посольства Андрей Стельс делал закупки «лекарских инструментов» и участвовал в найме специалистов на русскую службу и даже занимался их приездом из Англии. По этому поводу Яков Брюс в письме Петру пишет о математике Фарварсоне, перед отъездом из Англии самого Петра принятом на русскую службу. Дело в том, что Фарварсон обратился к Брюсу с жалобой на Стельса, который отказался сделать запись в договоре о возмещении ущерба от несчастного случая в ходе поездки в Россию. В этом письме Яков Вилимович писал царю: «Прошу, государь <…> пожалуй, изволь отписать, как быть с математиком, которого изволил перед поездом принять, для того, что приходил он ко мне и жаловался на Стейлся, что прошает у нево такое письмо, что когда грехом корабль разобьет или потонет, или какое бесщастие случится, чтоб ему те деньги после на ево порутчиках взять мошно, и он сказывает, что ему такое письмо дать невозможно, для того, что никто не хочет быть в таком случае порукою по нем» [109] .

Андрей Стельс ведает поставками различных товаров через Архангельск, поэтому часто Петр дает ему поручения о доставке того или иного инструмента, книг и других товаров. С 1690-х годов он находился в дружеских отношениях с Петром. По словам бывшего спальника, а затем известного дипломата Б. И. Куракина, Андрей Стельс в числе первых иноземных купцов «принимал его величества крайнюю милость и конфиденцию, и начал иметь свой свободный вход» к царю. По мнению же его соотечественника английского посланника Ч. Уитворта, А. Стельс «вообще был в милости у царя, так как снабжал его величество нужными людьми и вещами из Великобритании» [110] .

В окрестностях Глинок Андрей Стельс владел пороховым заводом в Обухове. Краевед А. Смирнов утверждал, что до порохового завода у Андрея Стельса здесь был полотняный завод, построенный им в первые годы XVIII века. По утверждению исследователя, завод вырабатывал для нужд военного и торгового ведомств простое и парусное полотно и именно работниками этого завода были выстроены первые дома подгородной слободы. А пороховой основан на месте его же полотняного завода.

Не случайно исследователями отмечается, что из всех иностранных торговцев в то время особенно выделялись активностью на внешнем рынке России англичанин А. Стельс, голландец Ф. Тиммерман, датчанин Е. Избрант, у которых вывоз русских товаров преобладал над ввозом импортных. Это позволяло им налаживать внешнеторговые связи и выполнять самые разнообразные поручения Петра I как государственного, так и частного характера: приглашать мастеров, закупать инструменты, материалы и пр. А. Стельс через своего брата Томаса — члена совета директоров Английской торговой компании в Лондоне — строил и покупал для России за границей корабли, закупал оружие и лекарства, оплачивал векселя.