Шрифт:
Модин поежилась и снова бросила на Мальмена долгий взгляд.
— Я смотрела назад; для меня в тот момент важнее всего было развернуться, так что я не очень хорошо видела, что происходило перед машиной. Всё двигалось во всех направлениях…
— Однако живого террориста, размахивавшего пистолетом, ты должна была заметить? Разве вас не учат этому в школе телохранителей?
Его презрительный тон вызвал у Ребекки острое желание вцепиться в его тощую шею, однако она сдержалась. Чего бы ни пытался Глад добиться этой дискуссией, последнее слово все равно останется за ней. Исход разговора решен — другое дело, как это воспримет Глад…
Модин пробормотала что-то в ответ, и Глад переключился на заместителя начальника группы.
— А ты — тебя, кажется, зовут Мальмен?
— Так точно.
— Ты видел террориста?
— Нет, не видел, однако я, как и Модин, и мой собственный шофер, был сосредоточен на том, что происходило сзади. Кроме того, я пытался заставить машину, находившуюся позади нас, уступить дорогу, что было непросто…
Глад кивнул и снова обернулся к Ребекке.
— Как уже было сказано, мы имеем массовые беспорядки, вызванные нашим незапланированным отступлением, и террориста, которого видела только ты, Нурмен. Для меня вопрос ясен — нет никаких оснований для прерывания визита, и посол полностью поддерживает мою точку зрения. Министр внутренних дел обещал нам полный вооруженный эскорт, так что завтра утром мы продолжаем работать по первоначальному плану.
Он с удовлетворением окинул группу взглядом, словно вопрос был решен.
— Нет, не продолжаем, — сдержанно ответила Ребекка. — Похоже, ты перепутал мое звание и мою компетенцию, Глад. За безопасность министра и группы несу ответственность я, а не ты и не посол. Мое решение таково: как только рассветет, мы возвращаемся домой. Если тебя что-то не устраивает, можешь жаловаться моему начальнику, комиссару Рунебергу.
Она поднялась и вышла в кухню.
Разговор окончен, тощая вонючая крыса!
Four plus one. [31]
Именно так назывались эти знаки отличия в CSI. [32]
Четыре пальца с обратной стороны руки и большой палец спереди. Ему довелось наблюдать это раньше — в реальной жизни.
Глубоко затянувшись джойнтом, [33] он на несколько секунд задержал дыхание, прежде чем послать столб липкого дыма в потолок, прямо на пожарную сигнализацию.
31
Четыре плюс один.
32
«C. S. I.: Место преступления» — американский телесериал о работе сотрудников криминалистической лаборатории Лас-Вегаса.
33
Самокрутка с марихуаной, изготовленная из специальной сигаретной бумаги.
Анна Аргос дико рассердилась, когда проснулась, однако ему почему-то показалось, что ее злость была связана с синяками, а не с фактом его пребывания в ее постели.
Он сделал новую затяжку и послал детектору пожарной сигнализации еще один сладкий привет.
Как и в прошлый раз, никакой реакции не последовало — и неудивительно, ибо он, как уже много раз раньше, заранее обмотал пластиковую хреновину шапочкой для душа, которую нашел в ванной.
Помимо синяков его удивил еще один момент.
Анна — типичная бизнес-леди, а такие обычно всегда держат телефон под рукой.
У нее в люксе он искал глазами телефон — осмотрел все горизонтальные поверхности и тогда, когда она потащила его в постель, и позднее, когда она выкинула его вон. Однако телефона нигде не увидел.
Конечно, это могло оказаться случайностью, однако теперь, задним числом, он не мог отделаться от мысли, что дамочка специально спрятала трубку.
— Мальмен!
Он остановился посреди коридора, и Ребекка жестом пригласила его войти в ее комнату. Заканчивая телефонный разговор, она жестом пригласила Мальмена сесть, однако он остался стоять.
— Проверь, чтобы все вещи были собраны. «Сведфорс 24» получил разрешение на вылет в 7.00, так что мы отъезжаем в 5.45.
Он кратко кивнул.
— А машины?
— Оставим их в аэропорту. На мой вкус, Глад и Берглунд прекрасно могут отогнать их обратно в Хартум, если эти господа не желают проследовать с нами обратно в Стокгольм.
Мальмен криво улыбнулся и пожал плечами.
— Это твое решение…
— Что ты имеешь в виду, черт побери?
Злость, которую ей до этого момента удавалось сдерживать, внезапно заполыхала с утроенной силой.
— Ничего, успокойся!
— Я совершенно спокойна! — прошипела она. — Просто хотелось бы узнать, что ты имеешь в виду, говоря, что это «мое решение»? Ты не разделяешь мое мнение о необходимости эвакуации? Ты тоже считаешь, что никакого террориста не было?
— Я просто думаю о машинах, Нурмен. О’кей?
Несколько мгновений она внимательно изучала его, пытаясь внутренне успокоиться.
— О’кей…
И только когда за ним закрылась дверь, Ребекка осознала, что так и не получила ответа на свой вопрос.