– Действительно, кто вы? – раздался из коробок голос, а затем появилась и наголо стриженая голова.

– Да вирусы мы, правда, не все, есть и буквы.

– Подснежник помог отряхнуться вирусу, поднявшемуся с пола.

– Сколько вас тут?

– Двое, давно здесь сидим, этой флешкой не пользуются. Так и с голоду помереть можно.

Лысый сделал приглашающий жест рукой:

– Располагайтесь.

– Спасибо.

Аппендицит наконец-то сбросил узел.

Сели в тамбуре флешки на рюкзаках. Дверь во флешку была закрыта наглухо, сквозь щель под дверью, ведущей на лестничную клетку, пробивался свет и слышались голоса суривов. Они недоумевали, куда подевалась целая группа с багажом инструмента. Однако вскоре они поняли, где скрылась группа, и за дверью послышался шорох.

Уля обратилась к Стибрилу:

– Ключи подбирают?

– Нет, они не умеют. Будут сидеть в засаде. Сейчас сеть расставляют и будут ждать, когда подключат флешку и из неё хлынут мегабайты информации. Мегабайты идут сплошным потоком по всему тамбуру, когда откроют дверь из флешки – прижмитесь к стене, чтобы они не вынесли вас с собой на сеть. Сеть крупная, и мегабайты пройдут через неё без труда, а мы в ней застрянем.

Вдруг что-то лязгнуло, как будто отцепили вагон от состава поезда, и за дверью погасли полоски света. Всё стихло. Постепенно глаза привыкли к темноте. Подснежник встал с рюкзака и, разминая ноги, проговорил:

– Флешку отключили от компьютера. Есть надежда, что не кинут в стол, а перенесут и подключат к другому компьютеру. Нужно быть готовыми к полной или ускоренной проверке флешки антивирусной программой. Даже если и вновь подключат к тому же компьютеру, то будет проверка. Но хорошо бы к новому, там нас не ждут.

Лютик открыл свой чемоданчик и, глядя на неработающую аппаратуру, вздохнул:

– Как же нам замаскироваться?

Лысый заворочался в коробках:

– Мы же вирусы. Мы разобьёмся ради вас в лепешку, я имею в виду – расплющимся. И встанем вплотную друг к другу, образуя как бы стенку. За которой вы и спрячетесь.

Раздался скрежет и лязг. Под дверью со стороны процессора появился свет. Вирусы выскочили из кучи коробок на середину тамбура и, подпрыгнув, шлёпнулись на пол, расползаясь в два листа фанеры. Подхватив рюкзаки и узел, все быстро прижались к боковой стенке. К ним вплотную прижались два куска фанеры от пола до потолка. Дверь открылась, и в тамбур ворвались два луча ручных фонариков. Шаркая обувью, вошёл сурив и, перевернув пустые коробки, пнул их ногой в другой угол. Второй сурив недовольно пробурчал о тяготах ночного дежурства и выключил свой фонарик. Затем оба удалились, оставив дверь открытой настежь. Автоматически распахнулась дверь во флешку, и из неё хлынул поток мегабайтов. Фанеру прижало к стене так, что Аппендицит закряхтел от давления на живот. Но поток быстро иссяк, и за последним мегабайтом дверь во флешку снова закрылась. Куски фанеры упали на пол и втянулись, приняв форму вирусов. Поторапливая друг друга, все вышли на лестничную клетку и далее в открытую дверь первого этажа. Это был другой процессор – затёртый линолеум на полу коридора, облезлая краска на стенах и скрипучие петли дверей. Стибрил осмотрелся по сторонам и сделал вывод:

– Процессор весьма старый, антивирусная программа очень давно не обновлялась. Я успел заметить, что форма на суриве хоть чистая и отглаженная, но вся перештопанная, а ботинки стоптанные.

Стибрил открыл первую попавшуюся дверь – это оказался чулан со старыми вещами. Все вошли внутрь, за исключением двух лысых вирусов. Они попрощались с нашей компанией и отправились на поиски чего-нибудь вкусненького. Аппендицит снял с вешалки самые большие брюки, они оказались ему едва-едва в пору. Подснежник забрался в старый саквояж со своими чемоданчиками и сумкой. Все двинулись к выходу из здания.

В вестибюле старый сурив, близоруко щурясь, спросил:

– Вы куда?

– На выход.

– Ах, на выход! – пробормотал он и не стал препятствовать.

На единственных въездных воротах уже другой сурив остановил пешеходов.

– Откуда? Куда? Зачем? – прошепелявил он беззубым ртом и направил на них старую берданку.

– Мы из рассказа «Му-Му» Тургенева. Идём к ближайшему пруду топить собачку, – как можно жалостливее проговорил Аппендицит и протянул к охраннику саквояж. Из него жалобно заскулил Подснежник.

– Ах, несчастный! Неужели утопите? – охранник сделал плаксивую гримасу – вот-вот заплачет.

– Никому не говорите, – Лютик приложил палец к губам, – отнесём подальше за ворота и отпустим. Вы не закрывайте ворота, мы скоро.

– Хорошо. А что у вас в узле?

– Собачья будка, – на ходу придумал Аппендицит. – Мы из неё сделаем маленький сайт в защиту животных и установим на канале интернета.

Процессия, нагруженная рюкзаками, проследовала через пропускной пункт и исчезла за поворотом. А далее все пустились бежать без оглядки к сверкающей огнями дороге.

Пока бежали к каналу интернета, Подснежник молчал, но как только остановились на остановочном пункте, потребовал выпустить его из саквояжа. Заказали микроавтобус-такси и, послав запрос в поисковую систему, уточнили местонахождение сайта по приёму металлолома. У всех было приподнятое настроение, даже у полуголодного Аппендицита. С трудом загрузились в такси и двинулись путь. Миновав три светофора и повернув налево, остановились у ангара, где принимали металлолом. Из ангара вышел заспанный сайт и поздоровался.