Люк чувствовал раздражение, сердце билось как сумасшедшее, а потом взорвалось без предупреждения, и он свернул с дороги. Машина неслась по пустыне, словно сбившийся с курса космический корабль.

— Люк! — закричала Сандра. — Чего ты, черт побери, пытаешься добиться? Я не могу контролировать свои сны, хочешь, чтобы я тебе врала?

Какое-то время они еще ехали молча, пока наконец не очутились непонятно где. Люк вылез из машины и открыл багажник. Дороги не было видно, только пустыня на мили вокруг.

— Вылезай из машины, Сандра, — крикнул Люк и захлопнул багажник.

Сандра распахнула дверцу и шагнула в другой мир, — казалось, это была другая планета. Лунный свет наполнил все вокруг тишиной и окрасил в различные оттенки белого цвета. Здесь царили спокойствие и полное безветрие. Замерзшие кустики юкки скрючились, ни у одного растения не было листьев — только шипы, иголки и колючки. Люк заехал так далеко, что не было слышно дороги. Сандре стало не по себе, ей чудилось, что им перерезали пуповину и они уплывают в открытый космос. Она не поедет в Лос-Анджелес, она не поедет даже в Лас-Вегас, огни которого были видны на горизонте. Мертвенное свечение, знаменующее, что земля поглотила солнце. Стоило ли так гнать машину, чтобы в результате вернуться обратно?! Она оглянулась и увидела Люка, наставившего на нее пистолет, — точно такой же был у парня, который убил змею.

— Почему ты пыталась открыть машину? — Голос выдал Люка, стало понятно, что ему не нужен ответ, ему нужно ее убить.

— Что? — только и смогла выдавить Сандра.

— Хотела, чтобы копы поймали нас?

— Я хотела остановить тебя. Извини, что… — Она не сделала ничего плохого, но вдруг почувствовала, что надо объясниться. — Я не хотела, чтобы тебя поймали.

— Торопишься умереть — иди вперед, и я помогу тебе.

Сандра смотрела на него, силясь понять, что происходит. Он опять был не в себе, как тогда, в Лас-Вегасе. Она не знала что делать.

— Ты не понимаешь, — снова заговорил Люк. — Тогда с Дональдом я выполнял свою работу. Все было спланировано. Я познакомился с тобой, чтобы убить его.

— А теперь убьешь меня?

— Да.

— Поэтому ты взял меня с собой в Айдахо? Чтобы убить? — Голос Сандры дрожал, но она улыбалась. — А я-то думала, что нравлюсь тебе. Если б я знала, вела бы себя по-другому.

Люк не верил, что это все, о чем она способна сейчас думать. Ему хотелось засмеяться, но он чувствовал: если расслабится, то пустит пулю себе в лоб.

— Все равно я не могу взять тебя в Лос-Анджелес, — проворчал он.

— Почему? Потому что я свидетель? Я никому не скажу, ты же знаешь.

— Нет, не знаю.

— Как это? Я ведь соучастница, или того хуже. Они же, наверно, считают, что я это сделала.

— Так и было задумано.

— Ну, значит, сработало.

— Пойми, я боюсь не полиции, я боюсь тех, кто меня нанял.

— Я помню только, как проснулась и мы занимались любовью. Ты говорил, что любишь меня.

— Не надо… — Его губы дрожали. — Ты же не думаешь, что я способен любить…

Сандра чувствовала себя виноватой. Она и правда не верила, что он способен на любовь или страдания после всего, что было.

— Если ты не убьешь меня, они явятся за тобой, да?

— Да. — Теперь Люк чувствовал себя виноватым. Убить девушку ради собственного спасения…

Он решил, что точно сможет пристрелить ее, если она сделает что-нибудь — рассмеется… заплачет… побежит… ну хоть что-нибудь. Люк навел на нее пистолет, и Сандра во второй раз заглянула в черное смертоносное дуло.

Они молчали. Потом Сандра услышала, как Люк сказал очень тихо, уже спокойным голосом:

— С тех пор, как мы вместе, все идет не так.

— Тогда пристрели меня. Я хочу этого.

Сандра повернулась и побрела по пустыне. По здравому размышлению Сандра вряд ли решилась бы на это, но она ни о чем не думала, и ей было легко. Даже забавно. Время перестало существовать, голоса в ее голове умолкли, смерть и пустыня распахнули перед ней свои объятья, и на миг она сама стала пустыней. Небо из черного превратилось в бирюзовое, на горизонте появилась розовая полоса, похожая на змею, лежащую на краю земли. Сандра протянула руку, чтобы дотронуться до розовой змеи… но вдруг услышала, что Люк зовет ее. Она обернулась и увидела, как он швырнул в небо пистолет, блеснувший в воздухе серебристой птицей. Пустыня поглотила свою единственную жертву и злобно зашипела от досады.

Люк упал на песок.

— Ты должна была за все ответить. Я собирался повесить на тебя убийство, вложить тебе в руку пистолет, чтобы остались твои отпечатки. Но ты проснулась, и я не…

Он не мог убить ее, она не могла его бросить, и, как в какой-нибудь мелодраме, все кончилось завтраком в первом кафе, которое попалось им на пути.

— Рикки нашел для меня работу, а я все испортил.

— Люк, я разгадала свои сны.

— Он не хотел, чтобы я был в деле, говорил, что придется убирать за мной, но я его упросил. Теперь я всех подставил — тебя, себя, eго, всех.