— В этом сне я вижу грязный двор перед низким домом из белого кирпича, часть двора отведена под склад. Из фургона выгружают свинину и говядину. Во дворе никого нет, только Таня, она пожирает куски мяса. Туши, кишки, огромные блестящие кости, шматы белого жира разбросаны вокруг. Из фургона выкатывается череп, на котором еще видны волосы, глаза и губы Дональда. Во сне меня это нисколько не огорчает, а потом я смотрю, как Таня занимается сексом с кусками мяса и костей, и начинаю сходить с ума. Таня с улыбкой поглядывает на меня, густая кровь стекает с ее губ. Понимаю, что нужно бежать, но мне так хочется есть, что я не могу оторваться от этого зрелища. Обернувшись, я вижу, как Дональд пакует чемодан — маленький светло-коричневый, какой был у меня в детстве. Я не хочу уезжать и просыпаюсь.

— Как ты думаешь, Сандра, что означает этот сон?

— Я надеялась, вы мне скажете.

— Но ведь это твой сон, Сандра. Только ты можешь узнать. Тебе придется потрудиться. Не считается, если я скажу тебе.

— Наверное, что я ненавижу секс.

— Нет.

— Ладно, значит, что я голодна.

— Но ведь ест Таня, а не ты.

— Угу, и еще трахается с моим мужиком. А что означает чемодан?

— Чемодан, как и кошелек, часто символизирует вагину.

— Получается, он трахался со мной у нее за спиной. Чушь, это они обманывали меня, а она вообще шлюха.

— Сандра, ты говоришь как параноик. На самом деле в твоем сне они только часть тебя.

— То ешь шлюха — это я, потому что я занималась сексом с Дональдом до того, как встретила Люка?

— Опять этот Люк. Почему ты всегда говоришь о нем, когда хочешь скрыть правду?

— Потому что… Не знаю… потому что он единственный, кого я любила. — Сандра чуть не плачет. — В любом случае… — Она сморкается в бумажный носовой платок. — Я больше о нем не думаю. — Сандра не решается сказать доктору Алену, что она пишет в разные тюрьмы, пытаясь найти Люка, но безуспешно.

— Люк — просто еще одно видение, он тоже часть тебя.

— Как это?

— Когда Дональд был ранен, ты испытала такой сильный шок, что произошло раздвоение личности.

— Подождите, это Люк пырнул его, а не я.

— Я ни в чем тебя не обвиняю. Попытайся поняты Люк — часть тебя.

— Вы хотите сказать, что его никогда не было?

— Он существует только в твоем мозгу. С одной стороны — реальность, здесь все по-настоящему, не как во сне. С другой — видения, с помощью которых ты пытаешься защитить себя. Пойми, тебе больше не нужна их защита. Они отравляют простые радости твоей жизни, и ты не желаешь возвращаться в реальность.

Сандра не отвечает. Очередная уловка, доктор Ален? Но я все равно буду трахаться с ним, а не с вами. Я люблю его, и вам не удастся меня обмануть. Плевала я на вашу логику.

— Вы хотите заставить меня признаться в том, чего я не делала. Кто сказал вам об убийстве Дональда?

— Ты, Сандра.

— Я не говорила. Вы, наверно, жучок установили у меня в мозгу?

— Мы много раз это обсуждали.

— На что вы намекаете? Что я недоразвитая? Что мне как раз здесь и место?

— Какая же ты упрямая! Ты все понимаешь разумом, но отказываешься принять сердцем. — Голос доктора Алена скрипит, как песок на зубах, Сандра чувствует острую боль. — Однажды ты проснешься, но будет поздно. Твоя жизнь закончится. — Скрипит, скрипит, насыпает песка в уши. Однако Сандра и виду не подает, что ей больно. Не хочет, чтобы ее снова кололи. — Ты поправляешься, Сандра. Тебе уже лучше. Ладно, можешь идти.

Сандра бежит по коридорам, останавливаясь на каждом повороте. Обычно там ее поджидают черные птицы, но она научилась их обманывать. Она подходит к окну в общей комнате и смотрит на вязы.

— Меня не поймали.

— Хорошо, — отвечают они.

— Я боюсь доктора Алена.

— Почему?

— С ним я чувствую себя сумасшедшей, по-настоящему сумасшедшей. Он заставляет меня рассказывать мои мысли.