Ольга включила свет и присела, обхватив ноги руками. Покосившись на Сергея, она увидела, как тот спокойно спит, отвернувшись к стенке. Что с ней происходит? Чего вообще она добивалась? От всех этих вопросов становится только хуже. Кому приятно осознавать, что он заблудился в лабиринте собственного разума?

За дверью послышались тихие шаги. — Наверное Бекас отправился спать в каюту Геранина, — устало подумала Ольга. — Надо бы и мне хорошенько выспаться сегодня, вместо того, чтобы заниматься всякой ерундой. Неизвестно, что будет завтра.

С этими мыслями, она обернулась, желая поправить свою подушку, и тут же застыла с упавшим сердцем. На её кровати лежала какая-то девушка. Прямо под ней. Она лежала с закрытыми глазами, ровно дыша. Пересохшие губы были слегка приоткрыты. Лицо спящей освещалось мягким светом ночника. Настоящий парадокс заключался в том, что Ольга как бы вливалась в неё, проходя насквозь, оттого и не чувствовала, что лежит на ней. Окончательным шоком стало пришедшее осознание того, что лицо этой девушки, до боли знакомое и родное, Ольга видела каждый день, в зеркалах, а также, на своих фотографиях. Это было её лицо. Эта девушка была… Она! Но как? Как такое возможно?

Теперь на неё лавиной нахлынуло запоздалое понимание сути случившегося. Приподнявшись на койке, Оля словно расклеилась, раздвоилась. Как и вчера вечером, перед погружением в иллюзию. Но тогда она не успела как следует это понять и отметить. Теперь же чудесное расслоение было продемонстрировано во всей своей красе. Бодрствующая Ольга заворожено смотрела на Ольгу спящую, и ежесекундно задавала мысленный вопрос сама себе: «Неужели это я?» Какое бледное у неё лицо. Под глазами тёмные мешки, губы потрескавшиеся, а щёки — впалые. Не лицо, а сплошной отпечаток пережитых волнений. Интересно, что ощущает сейчас её вторая половина? Оля легонько дотронулась до щеки своей спящей копии. Пальцы соприкоснулись с тёплой кожей, и мягко ушли под неё — вглубь. В страхе, девушка отдёрнула руку, но не обнаружила на щеке близняшки никаких повреждений. Её пальцы проходили сквозь неё также, как и часть туловища, продолжавшая сливаться с её телом воедино. Невероятно!

Ольга повторила попытку дотронуться до двойника. Просунув пальцы сквозь щёку спящей Ольги, Ольга с трепетом ощутила как те минуют тёплую стенку щеки, внутри которой, легко щекочась, пробегает кровь, циркулирующая по сосудам и капиллярам кровеносной системы. Под щекой прощупывались сомкнутые челюсти. Твёрдые, но также преодолимые. За ними лежал влажный язык… Хватит! Ольга вынула пальцы из собственной щеки. Любопытное удивление сменилось отвращением. Что она делает?! Она же ковыряется в собственном теле! Мерзость. Губы спящей слегка дёрнулись, веки мелко задрожали. Затем она вновь успокоилась, продолжая безмятежно спать.

Ольга заметила, что её бодрствующая оболочка, в местах своего отслоения от спящей, испытывает странное ощущение. По коже пробегали разряды поверхностного онемения, а в пальцах и локтях чувствовалось необычное намагничивание, точно её контролируемое тело превратилось в живой аккумулятор. В голове нарастал необычный гул. Отзвуки сердцебиения чётко отражались в ушах. Перед глазами время от времени начинал пестреть резкий, серо-фиолетовый муар. Нужно было заставить себя снова лечь и постараться расслабиться. Но Ольге ужасно не хотелось повторения головокружительного иллюзиона. Она боялась, что он возобновится сразу после того, как она ляжет, полностью слившись со своей половинкой. Однако особого выбора у неё не было.

Потянувшись к выключателю лампы, девушка успела заметить необычный шлейф, который протянулся вслед за рукой. Выключатель щёлкнул, и всё погрузилось во тьму. Но тьма была относительной. Перед глазами вспыхнули сотни маленьких сиреневых точек, которые медленно гасли, затухающим фейерверком. А в том месте, в котором находилась лампа, образовалось абсолютно чёрное пятно. Это было весьма странное зрелище. Вокруг и так была полная темнота. Как пятно от лампы смогло стать чернее чёрного? Необычно, но факт. Похоже на чёрную дыру в пустоте космоса. И хоть здравый смысл убеждал свою хозяйку, что это всего лишь «слепое пятно», возникшее от резкого погружения в темноту, такое зрелище, тем не менее, очень её поразило.

Безмолвная чернота словно пульсировала, трансформировалась, преобразуясь в нечто знакомое. Казалось, что она движется, завихряется, точно воронка. Засасывает внутрь себя. Когда Ольга поняла это, сопротивляться было уже бесполезно. Её мышцы обмякли, голова отяжелела, глаза закатились, и она уткнулась лицом в подушку… До которой так и не долетела, поглощённая на полпути голодным чёрным пятном. Её закружило, словно осенний лист, сорвавшийся с ветки, потащило куда-то. Страшно? Нет. Оля поймала себя на мысли, что ничего не боится. И не потому, что такая смелая и отважная, а потому, что не может даже сосредоточиться на панике. Её сознание предельно расторможено. Мысли разбредаются. Её вращает, и в то же время, тело её остаётся статичным. Как такое возможно? Вопрос тут же растворился, как кровь в прозрачной воде. Лишь одна мысль не оставляла её ни на мгновение, — «Скорее бы всё это закончилось!»

Вскоре всё действительно закончилось. Быстрее чем она думала. Неожиданно. Грубо. Мягкое кружение завершилось чувствительным, даже болезненным падением, сродни падению с кровати, ощущаемому спросонья. Именно об этом Ольга и подумала в первую минуту, решив, что она попросту свалилась с койки, потеряв сознание. Удар резко остановил мысленное расхождение, отрезвил, привёл в чувства. Боль в ушибленной коленке и локте, которые приняли на себя столкновение с твёрдой основой, добавила сил для возвращения в реальность, которая визуально продолжала оставаться довольно непонятной.