— Да-а, ты двинешь, а кто еще?

— У меня тут еще шесть парней, вот кто еще!

Бамперы ломались, в решетках появлялись дыры, драки становились все чаше. В кафе «Обед у Джо» возле бензоколонки Джо только покачивал головой, когда водители, стоявшие в очереди, вламывались к нему, чтобы выпить кофе с его твердыми, как камень, пирожками.

— Видывал я дефицит, но такого как сейчас — никогда!

Он бросил на тарелку пирожок и нацедил чашку своего знаменитого варева, на вкус напоминавшего тормозную жидкость.

— Пожалуйста… хорошо… Кто следующий?

— Два пирожка и кофе, — сказал Гас Горман, усевшись на угловой стул у стойки. Его «Феррари» был на улице, сорок пятый в очереди.

Джо бросил на тарелку пирожок и посмотрел в окно на длинную извивающуюся очередь.

— Все-таки происходит что-то непонятное. Не станете же вы меня уверять, что нефти вообще нет?

— По-моему, немного есть — в этом кофе, — сказал Гас. — Как вы думаете, можно его слить в мой бак?

— Следующий… Что поделаешь… — говорил Джо, наклонясь над стойкой. — Здесь всегда кто-то богатеет, а кто-то страдает.

Гас посмотрел вокруг, на всех людей, которым он доставил столько неприятностей, таких же простых людей, как он, желающих добраться из пункта А в пункт Б по своим делам.

— Что же я сделал с этими людьми? — спросил он себя. — И ради чего?

Он взглянул на свой «Феррари», стоявший уже сорок четвертым. Ради дурацкой спортивной машины, которой он пользовался от силы пятнадцать раз? Ради пары носорожьих туфель? Со мной происходит что-то очень плохое…

— Включи ящик, Джо, — сказал водитель грузовика.

Джо за стойкой включил телевизор, и на экране появилось искаженное изображение диктора.

— Представитель Пограничной Службы заявил сегодня, что волнение на морях должно задержать пролившуюся нефть по крайней мере на две недели, прежде чем она достигнет течения Нантукет. Какая часть восточного побережья после этого примет на себя главный удар нефтяного потока, пока неизвестно.

— Вот вам ваша нефть, — сказал Джо, сердито выключая экран.

Дверь кафе открылась, и вбежала женщина, истерически размахивая шапкой.

— Помогите! Кто-нибудь, помогите! Вызовите полицию! Моего мужа избили! Вызовите «Скорую помощь»!

За ней вошел мужчина, прижимая к лицу носовой платок.

— Все в порядке, Дотти, они только… сломали мне нос…

Джо снова покачал головой и посмотрел на Гаса Гормана:

— Сегодня это третий… А ночью еще хуже…

— Со мной решительно происходит что-то дурное, — подумал Гас.

— Радуйся, Гас, — сказал Росс Уэбстер. — У меня для тебя хорошие новости. Как мы договорились, твой суперкомпьютер строится.

— Да? Как он выглядит?

— Это уникальная технология. Гас. Мы называем это неограниченной мощностью. Он может все.

Росс Уэбстер весело ходил взад и вперед по своему кабинету, подсчитывая свои доходы. Но потом на его лицо медленно набежала тень тревоги, когда он задумался о другой стороне дела:

— Такая могучая машина будет иметь могучих врагов, людей, которые захотят ее разрушить.

— Никто не сможет справиться с моей машиной, — сказал Гас, идя за Уэбстером.

— Я… я…

Йо-йо снова закрутились у него в голове. Он взглянул на Уэбстера:

— Я построю самозащиту. Любая атака вызовет контратаку. И противник будет стерт с лица земли.

— Любой противник?

— Какую бы вещь вы ни сделали, у нее есть слабое место. Но… — Гас начал писать каракули на промокашке Уэбстера. — Можете идти на пари: в любом сражении вы выиграете.

Великий инженерный ум Гаса уже крутился, как йо-йо, продумывая детали. Он включил свет и пошел по коридору к компьютерам, а Росс Уэбстер смотрел ему вслед, в восхищении от того, что обладает таким ученым идиотом.

В своей кухне в Смоллвилле Лина Ланг говорила по телефону.

— Нет, я не смогу пойти с тобой сегодня вечером. И завтра я тоже занята.

На другом конце провода, в баре, Брэд Уилсон улыбался своему отражению в зеркале; он был необыкновенно развязен с женщинами, особенно если учесть, что никто не хотел иметь с ним дела.

— Ты занята? И что же ты делаешь?

— Я думаю кое о чем, — сказала Лина.

— Тебе следует больше ценить меня, — сказал Уилсон. — Кто еще есть у тебя в Смоллвилле?