Инициатору удалось вырваться из города, потеряв почти всю группу, но логово серых лис перестало быть логовом. Серых лис больше не существовало, этот этап жизни закончился. Собственно, и жизнь уже подходила к концу.

Он поправил цветы на груди мертвой Берты — Берта и ее цветы было все, что он сумел унести с поверхности земли. Но оставалось еще кое-что.

«Судьба прядет нити наших жизней», — сказала когда-то Таня, — «а узлы завязываем мы».

И разрубаем их тоже мы. Он подошел к аппарату спутниковой связи и набрал длинный код.

– Боже мой, как ты сумел ко мне пробиться? — закричала Рита. Он хмыкнул в трубку.

– Есть способы. Как дела у Эвелины?

– А почему ты не спрашиваешь, как у меня дела?

– Как у тебя дела?

– Я вышла замуж. Мой муж — профессор консерватории, очень интеллигентный человек.

– Я рад за тебя. А как…

– Все нормально у нее, она сидит в тюрьме. Это лучше, чем сдохнуть под бомбами.

– Что ты мелешь?

– Я ее посадила. Она пыталась уехать к тебе. Не волнуйся, она через два месяца выйдет. Как у тебя дела? У вас же там кошмар.

– Действительно, кошмар. Но все уже заканчивается.

– Ну и хорошо, ну и слава Богу. Моя баня меня ждет? Ой, кто-то трезвонит в дверь, ну, пока, ты перезвонишь?

Он отключил связь.

– Пора начинать, Бум.

– Что начинать, шеф? — Бум оторвал от губ фляжку с виски и со стуком поставил ее на пульт управления.

– Активируй бомбу.

– Вы что, с ума сошли, шеф? — Бум неуверенно ухмыльнулся. — У нас же есть шанс отсидеться.

– Хватит. Пора выпрямляться, старик. Бум побледнел.

– Вы что, хотите взорвать пол-Донбасса?

– Больше. Я хочу направить ракету на Москву.

– Зачем?!

– Русские ответят ударом по Америке.

– Вы хотите устроить Апокалипсис?

– Да. Ты его устроишь.

– Ракета не долетит до Москвы, ее собьют.

– Не имеет значения, границу она пересечет в любом случае.

– Это в принципе невозможно, у нас нет кода и…

– Ты взломаешь любой код при помощи этой штуки, — он кивнул в сторону двух аппаратов, похожих на портативные электрогенераторы, — так, как ты это делал с навигационной системой самолетов.

– Я не буду этого делать! — Бум сжал кулаки.

– Ты сделаешь это, Саша, — он достал пистолет. — Мы все умрем. Мы можем умереть быстро или грызясь, как крысы. Я прострелю тебе колено, потом — второе колено, и если ты умрешь раньше, чем ракета взлетит, я попытаюсь поднять ее сам. И у меня может получиться.

Они смотрели друг на друга, лица обоих мужчин и мертвой женщины были зеленовато-бледными в свете люминесцентных ламп.

Он начал поднимать пистолет…