«Получается, что это тоже эльфийский клинок, — подумал воббит. — Гоблины не близко, но не так уж и далеко».

Тем не менее это его немного успокоило. Прекрасно осознавать себя владельцем эльфийского армейского ножа, сделанного в самом Гондоле. Помимо основного лезвия, в нем было еще множество других полезностей.

«Прекрасно! — подумал Бульбо. — Если придется открывать банку эльфийской походной тушенки, то я во всеоружии. Как жаль, что у меня нет при себе тушенки! — Открывалка для консервных банок была покрыта ржавчиной и смердела особенно сильно. — Что, интересно, тролли с ней делали?»

Так как делать больше было нечего, воббит поднял эльфийский армейский нож и начал искать выход. Или банку тушенки.

Поиски ничем не увенчались. Бульбо шел все дальше и дальше в полной темноте, а это не шутки, если идешь босиком. Дома он не мог пройти ночью даже в туалет, чтобы хотя бы раз не ушибить при этом палец. Можете себе представить, что претерпели ступни воббита, когда он шел по этой пещере. Он вступил в такое количество разной гадости, что если бы вы пришли с такими ногами домой, то лишний раз подумали бы, а стоит ли входить в квартиру. Поэтому когда Бульбо вступил в какую-то лужу, полную холодной воды, то его это не могло не обрадовать. Кроме того, звук падающих капель напомнил ему о вечно хлюпающих носах гномов.

Он поискал взглядом Нудина и всю остальную компанию, но вместо этого обнаружил, что стоит на мелководье подземного озера. Большинство воббитов по линии Дорков плавают из рук вон плохо по той причине, что с юных лет им настоятельно советуют не ходить на уроки физкультуры. Бульбо не был исключением, поэтому решил не заходить глубже. И это было мудрое решение.

Чуть дальше, в глубине темного озера жил старый Гуль-Гуль — небольшое, размером с воббита, слизкое существо. Не знаю, откуда он родом и вообще кто он такой, но если возьмусь писать продолжение этой истории, то обязательно о нем что-нибудь придумаю. Это было тощее создание с двумя большими круглыми глазами, тускло сияющими на изможденном лице, как у супермодели. Поэтому его друзья, в те далекие времена, когда у него еще были друзья, называли его Леди Гуль-Гуль. У него была лодка, в которой было место только для него одного, что объясняет отсутствие у него друзей в настоящий момент. Тихо гребя лапами сорок девятого размера, Гуль-Гуль охотился на рыб, которых хватал прямо своими длинными пальцами супермодели, экономя тем самым на наживке. Основным продуктом питания для него была рыба, но иногда в его лапы попадался и гоблин. Гуль-Гуль умел незаметно подкрадываться сзади и душить свою жертву почище любого гоблина, что само по себе немалое достижение.

Леди Гуль-Гуль жил на слизком каменистом островке посреди озера, вода в котором была такой же мерзкой. И сейчас с островка он наблюдал за Бульбо, вглядываясь в темноту своими большими сияющими глазами супермодели. Он видел, что Бульбо не имеет отношения к гоблинам. Воббит был бы этому несказанно рад, если бы мог прочитать мысли Гуль-Гуля.

Гуль-Гуль сел в покрытую слизью лодку и подплыл к тому месту, где сидел Бульбо, сбившийся с пути и растерявший последние мозги, — словом, совершенно растерянный. Он бесшумно высадился на берег и подошел вплотную к воббиту, который в самый последний момент вскинул голову вверх и понял, что тут кто-то есть. Смекнув, что напасть врасплох не получится, Гуль-Гуль уставился на него своими огромными глазами и просвистел:

— Блес-с-ск и плес-с-ск, моя прелес-с-сть! Вы только пос-с-смотрите! С-с-сладкий кус-с-сочек для нас-с-с, моя прелес-с-сть! — Гуль-Гуль разговаривал довольно громко и нахально, что немного не сочеталось с его тщедушным телосложением.

— Ты кто такой? — спросил Бульбо, выставляя вперед кинжал. Горящие глаза, шипение и все эти разговоры о лакомом кусочке произвели на воббита неблагоприятное впечатление.

— Кто я? С-с-с-прашивает-с-с-ся «кто ты?»! — рявкнул Гуль-Гуль и ткнул Бульбо пальцем в грудь. Он любил поболтать, хотя обычно разговаривал только сам с собой.

— Меня зовут Бульбо Банкинс. Я потерял гномов, потерял волшебника и теперь ищу ближайший выход, не охраняемый гоблинами.

— А что это за ш-ш-штука у тебя? — спросил Гуль-Гуль. — Рыба? Камень? Не рас-с-скажешь?

— Это эльфийский армейский нож, сделанный в Гондоле!

— Вот оно что… Это ж с-с-совсем другое дело…

Ему еще никогда не приходилось ощущать на себе прикосновение волшебного эльфийского оружия. В знак уважения он перестал тыкать Бульбо пальцем в грудь и вместо этого положил ему руку на плечо. Однако голос его оставался таким же вызывающим.

— Меня зовут Гуль-Гуль. С-с-слушай с-с-сюда, мой мальчик. У меня воз-з-зникла идея. Давай прис-с-сядем и побес-с-седуем немножко. С-с-смотри мне в лицо, когда я с тобой раз-з-зговариваю! Тебе нравятс-с-ся з-з-загадки?

Гуль-Гуль решил вести себя как можно более дружелюбно, пока не поймет, как ему задушить воббита и избежать при этом удара клинком в глаз. Его также терзали сомнения по поводу того, как ему лучше приготовить Бульбо — в виде суши, севиче или сашими.

— Хорошо, — охотно согласился Бульбо. Ему тоже нужно было время для того, чтобы сообразить, как лучше всадить нож в туловище этой твари.

Несмотря на то что у Гуль-Гуля в руках не было оружия, Бульбо боялся, что тот владеет гипнозом, или в жилах его течет кислота, а в локтевых суставах скрыты острые бритвы. В то же самое время изголодавшийся Бульбо начал присматриваться к Гуль-Гулю как возможной добыче. Кто знает, может, если замариновать его как следует, то получится вкусно.

— Ты первый загадывай, — предложил Бульбо, пытаясь сам вспомнить хоть какую-нибудь загадку. Однако в голову лезли одни лимерики.

И Гуль-Гуль загадал свою первую загадку: