Стоув хотела было ему что-то возразить, но веки ее отяжелели, и, когда Виллум поднял ее на руки, дыхание девочки стало размеренным, сердечко билось ровно — она уже спала.

Все тело Стоув болело. Шею ее кто-то ощупывал, и этого кого-то она со злостью попыталась ударить по пальцам.

— Осторожно, у тебя здесь рана, ее нужно обработать.

Это сказала та светловолосая женщина, что раньше стояла позади Виллума. Тон ее был повелительным, прикосновения к телу девочки — уверенными, и она сразу же вызвала у Стоув неприязнь.

— Это Аландра, — сказал Виллум, нависнув над женщиной. — Она дала Феррелу снотворное, которое на время вывело его из строя.

И что, теперь она по гроб жизни должна ей быть за это благодарна? Ну да ладно, хорошо хоть они выбрались из тех жутких туннелей. Стоув ощутила легкий свежий ветерок, ласкавший ей лицо. За спинами собравшихся вокруг нее людей девочка увидела свет и уловила запах леса. Должно быть, они находились у выхода из пещеры.

Аландра… это имя ей что-то напоминало. Аландра! Конечно, она же была одним из ловцов видений!

— Аландра, — притворно ласково проговорила девочка. — Мне рассказывал о тебе Ворон. Ты была знакома с моим братом.

— Да.

Целительница вздрогнула. Хорошо. Но тут она заметила еще одного человека, чье лицо привлекло ее внимание. Девочка раздраженно буркнула:

— А ты что еще за чудо такое?

— А я — Мабатан.

В ее темных глазах светились озорные искорки, и Стоув сразу вспомнила, где уже видела их раньше.

— Ты была девочкой в театральной труппе. Еще ты там играла на барабане.

— В тот день, когда ты встретилась с братом. Я пообещала ему, что помогу тебя найти.

Стоув выгнула бровь — как будто Виллум нуждался в помощи какой-то бродяжки! Но Виллум кивнул с таким серьезным выражением лица, что Стоув выдавила улыбку и сдержанно поблагодарила девушку.

— У тебя на шее такая рана, будто кто-то пытался надрезать кожу ножом. Так? — спросила Аландра.

Стоув, ничуть не смутившись, уставилась на ловца видений. Она никак не могла взять в толк, с чего бы это целительница решила ей помогать?

Но если Виллум считает, что это ей ничем плохим не грозит, значит, можно рассказать им правду.

— Ворон решил сделать мне небольшую операцию — наградить меня блокиратором. Они задумали сделать меня рабыней и использовать как оружие в своих руках. Мне кажется, я их слегка зашибла. — Она обвела собравшихся взглядом, при этом все опустили глаза. — А они что, умерли? — невинно спросила девочка. Она прекрасно знала ответ на свой вопрос, знала его с того самого момента, как закричала.

Виллум пристально посмотрел на нее — нарочитое простодушие девочки не могло ввести его в заблуждение. Но, не дав ему и рта раскрыть, Стоув обратилась к целительнице:

— Слушай, ловец видений, а ты знакома с Феррелом?

— Он был одним из моих первых учителей, — ответила Аландра.

— Да неужели? — Стоув изобразила понимающую улыбку. — Ты еще не закончила? — спросила она грозно. Не хватало еще, чтобы пальцы целительницы касались ее горла — ученица Феррела еще должна заслужить ее доверие!

— Нам пора идти, — поторопила их Мабатан и зашагала к выходу из пещеры.

Там она вскочила на огромного черного жеребца — раньше таких крупных коней Стоув видеть не доводилось. Прикрыв глаза от яркого света солнца, она протянула руку Аландре.

Целительница закрыла сумку, подошла к Мабатан и взяла протянутую девушкой руку. Та даже поморщилась — ей было неприятно прикосновение ловца видений. Получается, Мабатан ей тоже не доверяла.

Виллум взял девочку на руки, и она вскрикнула от боли. После схватки с Феррелом все ее тело было в ссадинах и синяках, на нем не осталось ни одного живого места. Виллум посадил ее на гнедого скакуна и закрепил кожаными ремнями в седле.

— Тебе еще трудно самой удержаться в седле. Я тебе, конечно, помогу, но нужно тебя обезопасить на случай… на случай непредвиденных обстоятельств.

— Откуда у нас взялись кони? — спросила девочка. В этих темных тесных подземельях, где жили клыкастые привидения, никакие крупные животные находиться не могли.

— Нам их одолжили хроши, — ответил Виллум, вскочив на жеребца позади Стоув. — Передвигаться в туннелях было бы безопаснее, но наша подруга Миза не смогла нам обеспечить безопасность.

— И спор был об этом?

— Да. Когда-то все хроши верили в пророчества, в легенды о юноше и его сестре, которые откроют другим путь в будущее. Но теперь их мнения разделились. Многие больше в это не верят. Они не хотят иметь ничего общего ни с людьми, ни с этим человеческим пророчеством.