– Стой, дальше нельзя! – попытался загородить мне дорогу круглолицый бородатый детина в таком же, как у друида, тёмно-зелёном балахоне, но без серебряных украшений.

Одно усилие воли, и "щупальце" швыряет нахала под ноги наставника. Оба кубарем летят с постамента, а я, привычно оттолкнувшись от земли посохом, вскакиваю на их место.

– Слушайте люди, не знаю, что тут вещал Цаф, я слышала лишь последние слова. Это всё ложь, никто вас закабалять не собирается, ни я, ни леворский король. Зато вон там, – указала рукой в сторону Запада, – как грозовые тучи, собираются табиры. Нападут ли они вместе с имперцами или нет, мы точно не знаем, но от их нашествия никому не поздоровится. Вот они то точно превратят всех пленников в рабов. Что касается Ная,… – я повернулась к бородачу и слова застряли у меня в горле.

Этот гад успел схватить лук и уже накладывал стрелу. И вот уже её смертоносное жало направлено в мою сторону. Но поздно, зелёно-коричневый "кулак" бьёт его в грудь. Тренькает тетива, и свисс уносится куда-то в ночную темень, тогда как сам злодей хрипит и бьётся на камнях.

– И за этого подлеца вступился Цаф, – я указала на него рукой, – Разве вы забыли, что именно этот хромоногий предатель привёл в вашу деревню адептов Хаоса! Если бы не эллиены с драдмарцами, любой из вас мог бы оказаться на алтаре.

– Нас спасло заступничество Таангуриона! – возопил оклемавшийся друид, – Верьте мне, он и сейчас не оставит своих детей!

Старик проворно заковылял к скале и забился в расщелину.

– Силой Таангуриона заклинаю! Ни стрелы, ни копья, ни прочее смертельное оружие не возьмут меня под его защитой!

– А вот мы сейчас проверим! – выкрикнула я, спрыгивая с камня, – Эйва дай-ка на минутку лук и стрелу!

Девушка тут же протянула мне искомое.

– Ола, предупреждаю, тут магия отклоняет стрелы в сторону, – подойдя поближе, шепнул мне владыка.

Молча кивнула в ответ, и подбросила стрелу вверх, чтобы она шлёпнулась плашмя на "волшебный" камень. Эльфийский свисс меня не подвёл: на миг прилип к почти отвесной стене, а потом под весом деревяшки заскользил вниз.

Что-то знакомое… А-а, вспомнил, фильм был когда-то такой. Там тоже шаман, такой же прохиндей, как этот в магнитной скале прятался. В него ещё топоры метали… Не попадая, ясное дело. Как же то кино называлось? Не то "Каменная баба", не то "Золотая". Хотя, при чём тут магнитная гора?

– Эйва, а у тебя стрелы без наконечника нет?

– Вот, только оперение надо переделать.

– Смотрите, люди, свиссы не летят, они падают! – возопил теперь уже ученик, вытащив из снега мою стрелу и размахивая ею в воздухе.

Ну, пусть покуражится, пока мы заняты делом.

– Ничего, если мы её испортим? – спросила я у эльфийки, вертя в руках "полуфабрикат" свисса.

– А что ты хочешь, Ола?

– Давай свой кинжал, сейчас заточим кончик, и я покажу этой шуге где тапасы зимуют!

– Сила Таангуриона с нами! – возопил друид.

– Сила Таангуриона с нами! – вслед за ним взвыл ученик.

– Врёте вы! – выкрикнула я, отпуская тетиву.

– Ы-ы! – вскрикнул старик, выдёргивая из бочины воткнувшуюся туда стрелу.

Не думаю, что рана была глубокой, но балахон с такого расстояния (не больше десяти шагов), пробило с лёгкостью.

Вот только ты забыла сказать, что целилась в ногу.

Я целилась?!

Ну ладно, пусть будет "мы целились". Довольна?

– Вот что, старый! Хватит валять дурака! Тебе даже твой посох не поможет! – я схватила его и, как копьё, с силой запулила в друида, попав в правое бедро, – Бог отвернулся от тебя! Слышите люди! – я повернулась к притихшей толпе, – Бог отвернулся от Цафа, потому что тот прячется в железной пещере! Посмотрите на него, как он жалок!

– Умри! – выкрикнул друид, бухнувшись на колени.

Резво выхватив из снега свою деревяшку, он попытался ударить мне в спину. Не тут то было! Мог бы выбрать и другой способ расстаться с жизнью. Ведь я его уже ждала.

Вообще то, это я его ждал. Пока ты лясы точила, обращаясь к толпе, я не спускал взгляда со старика. И ещё до того, как тот кинулся вперёд, был наготове. По традиции зелёно-коричневая "коряга" рванулась ко мне, но мои "руки" её тут же перехватили. Моя очередь! Заострённый отросток вылетел из навершия посоха и ткнул друида в кадык. Тот завалился на снег, из горла хлынула кровь. Старик дёрнулся несколько раз и затих.

– Учитель! Наставник! – по-бабьи заголосил, обливаясь слезами, его ученик.