— Ты голодна. Подождем, пока принесут еду.

— Не заговаривай мне зубы, мошенник!

— Мне позвонили из полиции. Вчера арестовали Гаролда Пастина.

— Арестовали? Как это случилось?

— Исключительно из-за его же собственной глупости. Пастин сообщил своим служащим, что сделал новую программу, и попросил поработать над ней одного из моих бывших сотрудников. Пастин отлично знал: после того как Пол потрудится над программой, она будет настолько отличаться от оригинала, что я ничего не смогу доказать. — Райан смолк, пережидая, пока официант расставлял салаты. — Чего Пастин не мог знать, так это что Пол до сих пор сохранил некоторую лояльность ко мне и, несмотря на солидное жалованье, сожалеет о своем уходе, ибо ему неприятны сомнительные методы нового босса. — Райан ухмыльнулся. — Узнав в программе мою руку, Пол позвонил копам и передал им все дискеты.

— И мистер Пастин до сих пор сидит за решеткой?

— Вчера вечером юрист компании внес за него залог. — Райан помолчал. — А сегодня «Паском» была поглощена нью-йоркским синдикатом.

Бекки шикнула на детей, не отрывая глаз от Райана.

— Почему?

— Совету директоров не понравилось, что президент и председатель правления «Паском» оказался замешанным в темных делишках. Они не могли закрыть глаза на арест Пастина.

— Но как им удалось избавиться от него? Я думала, что он и есть владелец компании.

— Судя по всему, Пастин оказался жертвой стремительной и слегка незаконной сделки. Еще раньше он дал Кэрол номинальный контроль над некоторым количеством акций «Паскома». Сегодня утром Кэрол воспользовалась этой лазейкой и в обход Пастина продала эти акции. У Пастина осталось только двадцать четыре процента акций, а потому большинством голосов он был смещен с поста председателя правления и уволен. — Райан отхлебнул пива и принялся намазывать булочку маслом.

— Прекрати есть и расскажи мне все до конца!

— Не знаю почему, но я умираю с голоду. — Зубы Райана с хрустом впились в стебель сельдерея. — Член совета директоров анонимно сообщил полиции о незаконной сделке, и Пастина вновь арестовали. На сей раз юрист компании не поспешил к нему на выручку, так что, думаю, он до сих пор сидит в кутузке.

— Это… и вправду немыслимо!

— Но это еще не все.

— Не все?

— Днем Пастин позвонил жене. Когда она со своим адвокатом приехала, чтобы внести за него залог, то обнаружила, что ее муж потерял и работу, и фирму. Вдобавок она узнала о его интрижке с Кэрол. Детектив рассказывал мне, что от воплей дамы в полицейском участке чуть не вылетели стекла. Успокоившись, она пригрозила, что отнимет у муженька все до последней нитки. После чего удалилась вместе с адвокатом, вероятно для того, чтобы подать на развод. Потом арестовали Кэрол.

Бекки подавилась салатом. Она долго глотала воду, а Райан хлопал ее по спине.

— О Господи! Почему? — выдавила Бекки, отдышавшись.

— Поскольку Пастину нечего было терять и нужно было на ком-то сорвать злость, он дал полиции письменные показания о преступных действиях, которые совершала Кэрол, когда была его любовницей.

— Боже, Боже мой! А что известно об ограблении твоей квартиры?

— Пока не знаю. Детектив хочет, чтобы завтра с самого утра я заехал в участок. Зато я точно знаю, что теперь, когда Пастин и Кэрол вышли из игры, дела в «Маклеод систем» пойдут как по маслу.

— Что верно, то верно… — Бекки поглядела на Райана, и губы ее дрогнули в загадочной усмешке. — Помнишь, что я тебе говорила? Золотое правило и никогда не подводит. Как аукнется, так и откликнется.

— Я ожидал, что буду радоваться, торжествовать или что-то в этом духе. А теперь не чувствую ничего, кроме облегчения.

— Это понятно. Ты наладил свою жизнь и забыл о них.

— В некотором роде. Ты не давала мне отвлекаться. — В эту минуту официант принес заказ, и Райан сидел молча, пока не накрыли на стол. — Месть Пастину уже не казалась мне таким важным делом.

Ьекки, сосредоточенно поливавшая уксусом свою порцию картофеля-фри, подняла глаза на Райана.

— Потому что она никогда и не была важным делом.

Райан отодвинул в сторону плетеные корзинки с жареными цыплятами, чтобы без помех взять ее руки в свои.

— Я люблю тебя, Бекки. — Голос его прозвучал ясно и слишком громко, учитывая, где они находились. По счастью, дети были заняты сражением за уксус и кетчуп.

Бекки слегка покраснела, украдкой оглянулась на посетителей за другими столиками и только потом улыбнулась Райану.

— И я люблю тебя, — прошептала она.

— Ты помогла мне понять, что в жизни действительно важно, и потому я твой должник.

— Райан, — глаза Бекки предостерегающе блеснули, — ты же не собираешься…

— Нет-нет, никаких подарков. Только моя любовь.

Бекки сплела свои пальцы с пальцами Райана и сильнее сжала его руку.

— И моя, милый. И моя. Кроме того, сейчас моя очередь.

— Очередь?

— Дарить тебе подарок.

— Что за…

— Завтра вечером, любимый. Завтра вечером.