— Ничуть. Просто вы дали мне пищу для размышлений.

— Да неужели? — насмешливо ответила она. — Вы меня пугаете!

— Бояться здесь нечего. — Поль смотрел на нее и вертел в руках вилку. — Кажется, баклажаны вам понравились. Я прав?

— Угу. — Она слизнула с губ каплю оливкового масла. — Кстати, поесть я люблю.

— С виду не скажешь. У вас нет ни грамма лишнего жира.

— Потому что обычно я пробегаю три километра в день.

Он нанизал на вилку кусочек баклажана.

— А что еще вы любите?

— Читать, хорошее кино, готовить…

— И ходить по магазинам?

Улла засмеялась.

— Конечно! Я ведь женщина, верно?

— О да. — Он обжег Уллу взглядом, от которого по ее спине побежали мурашки. — Еще какая…

Ее смех тут же умолк.

— Поль, вопрос был риторический.

Он пожал плечами.

— Ну и что?

— Я не напрашивалась на комплимент.

— Это мне и в голову не приходило. — Он снова занялся салатом. — В Фор-де-Франсе хватает магазинов. А шикарных бутиков видимо-невидимо. Не хотите совершить экскурсию?

— Может быть, — осторожно ответила она. — Но не сегодня. — И не с ним. Чем больше времени они проводят вместе, тем сильнее становится ощущение физической тяги. Крепостная стена подозрительности, которой окружили себя оба ради собственной безопасности, грозила рухнуть. Враждебность, горевшая в глазах Поля, исчезла. Казалось, он забыл, что перед ним сидит кузина Юлии, которой нельзя доверять. Получалось, что он прав: ей действительно напекло голову. Да и вино сделало свое дело…

— Не сегодня, — согласился он. — Но очень скоро.

— Почему?

— Я думаю, вам следует сменить одежду.

Улла поискала взглядом официанта. Тот стоял в дверях и наслаждался лучами солнца, проникавшими сквозь крону лимонного дерева.

— По-вашему, мой гардероб для Мартиники не годится?

— Отчего же? Годится, — ответил Поль. — Наверно, Юлия предупредила вас, чего следует ожидать, и вы явились во всеоружии. — Он взял Уллу за руку и слегка сжал, заставив обернуться. — И все же должен заметить: если на Мартинике женщина куда-то приходит с кавалером, ей не положено смотреть на других мужчин.

Улла быстро отдернула руку. Хотя в голосе Поля звучало холодное неодобрение, его прикосновение продолжало обжигать.

— Вы не мой кавалер, — возразила Улла. Вспышка гнева помогла ей отвлечься от ощущения, смысл которого был ясен без слов. — Ваши обвинения смешны, но оправдываться я не собираюсь. К вашему сведению, я просто хотела попросить официанта принести мне стакан воды.

Поль хлопнул себя по лбу.

— Идиот! Простите, милая. Я должен был догадаться. — Он повернулся к Филиппу и поднял густую бровь. Этого было достаточно: официант со всех ног устремился к ним.

— Зачем это? — возразила Улла, когда он велел принести бутылку минеральной. — Достаточно было бы и простой воды.

— О нет! — воскликнул Поль. — Ничто так не освежает нёбо и не способствует пищеварению, как «сан-пеллегринос» из альпийского источника. Это самое меньшее, чем я могу искупить свою глупость.

— Да, освежает хорошо. — Улла повертела в руках холодный стакан и спросила: — Что вы имели в виду, когда сказали, что Юлия предупредила меня? О чем?

— О здешней светской жизни.

— Я приехала сюда ухаживать за Хельгой, а не развлекаться.

— Вы родственница моей дочери, а следовательно, и моя тоже. Я не позволю себе обращаться с вами как с прислугой. И никому другому тоже. Если хотите, можете большую часть дня проводить с Хельгой. Бог свидетель, это ей только на пользу. Но по вечерам будьте добры оставлять ее на попечение Ирен или других женщин, которых в доме хватает.

— А чем буду заниматься я? Красить ногти на ногах или смотреть телевизор?

Он слегка усмехнулся.

— Остров у нас маленький, а друзей и знакомых у меня много. Слух о вашем приезде уже распространился, и всем не терпится познакомиться с новым человеком.

— Как это? Я приехала всего неделю назад, причем застала вас врасплох.

— Для этого есть слуги. Они встречаются в пекарне, на пристани, куда привозят улов, в парке… — Он хмыкнул и пожал плечами. — А когда им нечего делать, звонят друг другу по телефону и обмениваются сплетнями. Вы, моя милая, вызвали здесь большой переполох, нравится вам это или нет. Я уже получил несколько приглашений и от одного отказался. Ради вашей же пользы.