Проскурин выплеснул в крике на Лену все накопившиеся отрицательные эмоции и успокоился. Ему стало стыдно перед девочкой, которую он обидел.

– Лена! – закричал он. – Вернись, Лена!

Потапова не остановилась, но шаги замедлила. Ей было очень обидно, но симпатии к Диме перевешивали. Девочка готова была простить его уже сейчас, когда он просто ее окликнул.

Проскурин догнал Лену и прикоснулся к ее руке:

– Лена, не обижайся. Мне просто обидно стало, что ты тоже ценишь этого нефера больше, чем меня.

Несчастная Потапова даже не заметила, что, извиняясь, Дима опять говорит о себе, совершенно не думая о ее чувствах. Она улыбнулась извиняюще и произнесла:

– Что ты, Дима, как ты мог такое подумать? Если хочешь, то давай не пойдем к Максу.

– Ну, зачем же не пойдем? Мы пойдем. Все-таки это – наши старые друзья, и я с самого начала поддерживал идею маскарада, как же теперь отступать. Да и без наших голосов у них ничего не получится.

– Конечно, не получится! – обрадовалась примирению Лена. – Ведь ты поешь лучше всех.

Проскурин самодовольно улыбнулся: комплимент девочки вернул ему хорошее настроение. Он разглагольствовал о себе, любимом, пока они не подошли к двери квартиры Макса.

Ждали только их. Когда Дима увидел Ступина и Филипову, которые не знали, куда себя деть от смущения, он просто потерял дар речи. И это к счастью, иначе Проскурин наговорил бы ребятам кучу гадостей. Его и так раздражало увеличение команды на одного Ханеева, а тут еще и эти.

– Так, все в сборе, – заговорил Кир. – Взгляните пристально на Галку и Леху, вспомните учебник и попробуйте со мной поспорить, что они – не идеальная пара для ролей Петра и Екатерины.

От этих слов Филипова и Ступин просто застыли, а остальные принялись их пристально разглядывать, только Димка демонстративно отвернулся, сложив руки на груди. Ему эта идея не понравилась, так как он сам метил на роль Петра.

А вот Славка был в восторге от Кирилловой наблюдательности: долговязый Лешка действительно напоминал молодого царя, ему только надо было подрисовать усы для полноты картины. А полноватая Галка с ее каштановыми волосами и глазами, похожими на две спелые вишни, вполне подходила под образ Екатерины.

– Ура их императорским величествам! – завопил Рыжов, – А кем буду я?

– Слава, ты – Меньшиков, это было ясно с самого начала, – ответил ему Игорь.

Команда загалдела, всем было невероятно интересно, кто кого будет играть, и что за сценарий родил Бочкин. Но из-за того, что Кир привел ребят на роли Петра и Екатерины, получились накладки. Споря и примеряя к себе будущие роли, ребята словно снимали маски сами с себя. Больше всех буйствовал Проскурин, не желавший удовлетвориться второстепенной ролью какого-то там посла.

Верочка совершенно не хотела играть Анну Монс, заявляя, что та была блондинкой, а она сама – брюнетка. Иру Бокову не устраивала роль Саньки Бровкиной, а Лешка и Галка вообще ничего не понимали и требовали объяснений. Островком спокойствия был только Макс, совершенно согласный с образом галантного Лефорта. Славка же, довольный тем, что будет Меньшиковым, влезал абсолютно во все споры, подливая своими шутовскими репликами масла в огонь. Вся эта кутерьма изрядно утомила Кирилла. Он вдруг заорал:

– Тайм-аут! Антракт! Заткнитесь!

Наступила долгожданная тишина, ребята и девочки стали приходить в себя.

– Так, угомонились, – продолжил Ханеев. – А теперь в порядке очередности высказываем претензии и заявки на роли. И все стараемся держать в узде свои темпераменты, а то устроили обезьянник какой-то!

– В самом деле, ребята, зачем нужно было так орать, это же предварительная прикидка, – высказался Игорь. – Давайте исходить из того, что каждому достанется такая роль, которая наиболее соответствует его способностям и внешности.

После очередной порции гвалта, которой все равно не удалось избежать, роли распределились следующим образом: Лешка Ступин – Петр I, Галка Филипова – Екатерина, Макс – Лефорт, Славка Рыжов – Меньшиков, Даша – Анна Монс, Светка Белова – Санька Бровкина, будущая княгиня Волкова, Игорь – Василий Волков, Вера Бреусова – царевна Наталья, Проскурин – иностранный посол, попеременно от разных держав, Кирилл – Ягужинский. Без конкретных ролей остались Лена и Ира, которые хотели сначала обидеться, но потом передумали, став просто фрейлинами.