– Что, не хватает силенок, Джет?

– Ааааа! – заорал Джет, пытаясь вырваться…

… и вскочил на своей постели, тяжело дыша.

Словно не веря тому, что это был всего лишь сон. Он осмотрелся, поднялся с кровати, включил телевизор и прошел в ванную.

Эту квартиру он снял несколько дней назад и еще плохо ориентировался в ней. На ощупь щелкнув выключателем, повернулся к зеркалу и посмотрел на отражение.

Незнакомое, чужое лицо. Вытянутые надбровные дуги, острый нос-клюв…

Когда-то Джет уже испытывал подобное ощущение, перерождаясь из Кости Кокоса. Сейчас он воспринял это более спокойно. Несколько минут рассматривал себя, пока нечто другое не привлекло его внимание.

Быстрым шагом Джет вернулся в комнату. Сел перед телевизором и, прищурив глаза, уставился в экран.

«…после того как были даны свидетельские показания, с Рината Казанцева были сняты все обвинения. Напомним, что Александр Прокин, убивший четырех сотрудников Сетевой полиции, в настоящий момент отбывает пожизненное заключение в Райсе. К другим новостям – этой ночью сотрудниками таможенной службы аэропорта Шереметьево…»

Дальше Джет уже не слушал – поглощенный своими мыслями, он несколько минут сидел не шевелясь, а потом поднялся, подошел к ноутбуку, стоящему на столе, положил руки на клавиатуру, еще несколько секунд о чем-то размышлял, а затем запустил какую-то программу и в небольшом открывшемся окне набрал «Ринат Казанцев».

Сетевая программа для оснащенных компьютерами патрульных машин. Подключенная к базе данных МВД, она была неплохо защищена от взлома – в свое время Джет лично консультировал программистов из милиции, когда те делали защиту для нее. Что ж, оставалось только порадоваться, что они до сих пор не залатали в ней слабые места.

В нижнем правом углу замигали цифры – счетчик объема трафика. На мгновение Джету показалось, что слишком уж много байтов переваривает его компьютер, словно в него пытается проникнуть невидимый хакер. Пальцы нажали еще несколько клавиш, но ничего подозрительного Джет не обнаружил и спокойно уселся в кресло, ожидая ответа на свой запрос.

Когда на экране возникла надпись «В доступе отказано», в лице Джета ничего не изменилось – сказалась многолетняя привычка не выдавать истинных эмоций. Он пододвинул к себе клавиатуру, пальцы забегали по клавишам, глаза впились в монитор, пытаясь найти причину отказа. В какой-то момент Джет замер, размышляя над увиденным, потом вдруг захлопнул крышку ноута и, поднявшись, прошел несколько кругов по комнате.

На этот раз на лице его явственно читалось изумление, смешанное с непониманием.

Он был готов действовать. Но он не знал как.

– Торик?

– Здравствуй, Саша, – по-идиотски официально поздоровался Торик, держась от Ворма на расстоянии.

Весь какой-то помятый, худющий, стриженный наголо, с темными кругами под глазами, он едва ли был похож на прежнего Торика – длинноволосого, с наглым ленивым взглядом, небольшим брюшком и важной манерой разговаривать.

– Братан! – Ворм поднялся было с места, но Торик отшатнулся от него, ссутулившись еще больше. – Ты чего?

– Не надо этого, Саша. – Торик покачал головой. – У меня могут быть неприятности.

– Ты что, больной, Торя? Какие неприятности?

– Ты давно здесь? – спросил Торик, делая шаг назад.

– Уже около трех месяцев, – ответил Ворм. – Слышь, Торь, что случилось?

– Я здесь уже очень давно, Саша, – сказал Торик. – Я потерял счет времени, но я дольше, чем ты, нахожусь здесь.

Ворм сел и недуменно посмотрел на Торика. Пустой, бессмысленный взгляд, мертвый голос…

Перед ним стоял не Торик, а совершенно чужой человек. И человек ли?

– Славка… что с тобой произошло? Ты какой-то…

– Со мной произошло то, что и должно было произойти. – Торик посмотрел по сторонам и опустил голову. – Я знал, что когда-то придется платить по счетам. Стая ворон уже кружится над полем, и новые жертвы лишь будут означать, что воронье насытится.

– Какие вороны, о чем ты…

– Мы стали пищей для стервятников. – Торик говорил ровно, спокойно, и Ворму на мгновение стало жутко от этого непривычно пустого голоса. – Мы теперь годимся только на мясо. Наше время давно вышло. У меня чуть раньше, у тебя чуть позже… это уже не важно, Саша. Скоро здесь будет мясник, который отделит корейку от филе, а обрезь пустит на фарш.

Он нес какую-то чушь и не мог остановиться.

– Торя! – чуть ли не крикнул Ворм, пытаясь оборвать его.

– Салах-Ад-Дин, – продолжал Торик, не слыша Ворма. – Многие уже знают, кто скоро прибудет в Райсу. Его ждут. И все будет совсем по-другому. Помнишь, Саша, эти строки? Пробило шесть, но я не спал холодным утром, я оказался в этом мире, что меняет судьбы навсегда… Обратного пути нет. Мы уже ничего не изменим, мы сможем только ждать, что будет дальше.